Анализ рассказа «Спать хочется» (А.П. Чехов)

Спать хочется… Многогранна, всё-таки, эта, казалось бы, исключительно физиологическая потребность, имеющая свойство вызывать как сладкое, умиротворенное чувство скорого освобождения от суетного мира, так и раздражающее недовольство своим организмом, почему-то внезапно оказавшимся не всесильным. К чему привело это дюжинное чувство героиню произведения Чехова, расскажет вам работающий денно и нощно Многомудрый Литрекон в анализе по плану.

История создания

В своей переписке с издателем Плещеевым, датированной 1888 годом, Чехов признается, что работает над “плохеньким рассказцем” из чистого тяготения к малой прозе. Стоит признать, что своим существованием произведение «Спать хочется» обязано не столько тем, что гений Антона Павловича требовал своего излияния на бумагу, сколько тем, что за него предлагались неплохие деньги, от которых Чехов никогда не отказывался, хоть и обесценивал их важность в ряде своих произведений. 

Очевидно, что образ эксплуатируемой девочки Вари напрямую связан с историей Антоши Чехова, несчастного, вечно сонного мальчика. Детство автора было, без преувеличения, трудным: тиран-отец, холодная лавка со зловонной рыбой, ночные службы на клиросе, перманентное желание отдохнуть и поспать. 

Жанр и направление 

Не взирая всесторонне антиэтичный сюжет из жизни русского мещанства, Чехов не прибегает к отклонению от ведущего литературного направления, а именно — реализма. Однако жанр рассказа «Спать хочется» едва ли отвечает всей устрашающей авторской фантасмагории, потому, “Спать хочется” — не, как может показаться по названию, наивная беллетристика. Это рассказ-триллер, в котором сосредоточенны первородные боль и обида, в котором царствует первобытная справедливость. 

В рассказе не распознается привычный для нас Чехов — теократ и гуманист, он оборачивается в освирепевшего моралиста, приводящего каждого из героев к тому, чего они действительно заслуживают: деспотичные хозяева — убиения своего ребенка, уставшая Варька — простого человеческого сна. 

Суть: о чем рассказ?

Сидящая у колыбели всё никак не унимающегося ребенка, совсем юная, не по годам загруженная взрослыми проблемами и обязательствами, нянечка Варька борется с убийственной дремотой. Она не может идти спать, потому как ей нельзя оставлять без присмотра ребенка, пока тот не уснул. 

Охваченная все более и более сильной тягой ко сну, девочка впадает в полудрему, в которой видит сначала  безобразный развязший тракт, все пассажиры которого призывают ее ко сну, затем — ужасающую картину предсмертных часов ее отца, пребывающего во мрачной, издевательски-растянувшейся агонии, которую наблюдает не находящая себе места матушка. Варька видит доктора, дающего ее отцу направление на операцию — по сути, играя с чувствами жены и дочери, вселяя в них неуместно оптимистическую и оттого мерзкую надежду. Отец умирает в земской больнице на следующее утро, о чем возвещает причитающая матушка, вернувшаяся оттуда. 

Варьке представляется, как она собирает милостыню, стоя бок о бок с несчастной овдовевшей матушкой. Тут сон прерывается. Появляется хозяйка дома, мамаша не унимающегося отпрыска. 

И вроде можно было бы вздохнуть с облегчением и мирно пойти спать, однако голос хозяина потребовал дрова к печи — уже наступило утро. За весь день Варьке так и не удалось отдохнуть: её как нарочно накрыло волной хлопот по хозяйскому дому, ставшему за эту ночь ненавистным. Желание спать никуда не пропадает, продолжая измываться над бедняжкой, неспособной что-либо с этим поделать. 

Наступает вторая ночь напротив люльки с вопящим ребенком, которого, должно быть, сглазили. Помутившийся за бессонные сутки рассудок окончательно покидает Варьку, ею овладевает примитивное желание избавиться от мешающего спать звука дерущейся детской глотки. Девочка с ужасающей легкостью принимает решение задушить ребенка. Совершив задуманное, героиня ложится спать на пол, близ трупа младенца и засыпает, точно мертвая. 

Главные герои и их характеристика

Система образов и характеристика героев отражены Многомудрым Литреконом в таблице:

Варька, сирота, прислуга доме ремесленника. Главный герой рассказа — девочка лет тринадцати. В этой девочке воплощено все детское несчастье: от инфантильного непонимания запретов и ограничений до всесильного, страшного сиротского горя. Единственный герой, в котором по ходу повествования происходят изменения. Их нельзя назвать личностными, однако с поной уверенностью можно сказать, что лишь страдание Варьки имеет привязку ко времени: мы наблюдаем усугубление ее несчастья, достигающего в концовке своего аффекта; остальные герои произведения несчастны латентно и, более того, априорно. Помимо прочего, Варька — образец бескомпромиссного детского желания помочь, которое, вкупе со сложными обстоятельствами ее жизни, и формирует ее жертвенность, которую ее хозяева, воспринимают, однако, как данность. 
Хозяйка, жена ремесленника. Толстая, плечистая женщина. Может показаться, что она — типичный “тартюф в юбке” — тираничная гадина, нарыв на теле общества. Как ни странно, эта черта не характерна для данного персонажа. Безусловно, она — виновница того, что невинная, обделенная любовью, Варька измучилась до того, что потеряла рассудок, и по природному, конкурентному побуждению, выражаясь сухим языком, устранила раздражителя в виде вопящего младенца. Но причиной тому стало простое мещанское самолюбие, дополняемое ограниченностью и глупостью, по соседству с которыми нет места сочувствию и уж тем более, гуманизму. А ведь их наличие могло бы так много изменить…
Пелагея Степанова, покойная мать Варьки. Антипод всемогущей Некрасовской героини — слабая, потерянная в своем несчастье женщина, чьи воздушные замки разрушаются судьбой до основания. Ей больно видеть умирающего мужа, потерянный взгляд доктора, ей в конце концов больно жить, по простой причине того, что она боится очередного удара судьбы, из-за чего постоянно зажата в трусливой судороге. Ей остается лишь суетиться, стараясь сделать хотя бы мелочь для удержания крупиц так близкого счастья. 
Ефим Степанов, покойный отец Варьки. Мужчина в рассвете сил, умирающий от воспаления грыжи — типичный русский крестьянин, для которого жизнь — нескончаемая, неблагодарная война на полевом фронте, война за выживание и благоденствие Бог знает какого по счету царя. Ефим — воплощение неосознанной жертвенности русского человека, разрываемого с одной стороны верой в ближайшее будущее, с другой — верой в Страшного, беспощадного Бога.
Доктор, присланный господами Степановых. Необходимый для идейного понимания текста персонаж, воплощающий добрую волю, не находящую способы самореализации с жестоком, инертном мире. Доктор не был готов к столь тяжелому состоянию здоровья Степанова, по сути, столкнувшись с тем, к чему жизнь его не готовила. Это демонстрирует перманентную мутацию мирового горя, осложняющую добрым намерениям путь в человеческое сердце. 
Младенец, дитя поверенное Варьке.  Второе, после Варьки, абсолютно чистое, создание в рассказе. Невинно убиенный младенец отягчает грех своей матери, и без того загубившей светлую добродетельную душу, от которой осталась лишь бездуховная, полностью предоставленная своему горю, оболочка, сублимирующая свою боль в беспощадную первобытную месть.

Темы

Тематика рассказа «Спать хочется» может быть дополнена, если Вы напишите об этой надобности Многомудрому Литрекону в комментариях.

  1. Тема «Бездетствия» — основная тема произведения, вызывающая сочувствие со стороны русского читателя, склонного к психологической регрессии. Варька — маленький человек с сильнейшим эмоциональным стержнем внутри, помогающим выносить тяжесть воспоминаний об утраченном счастье и мысли о приобретенных обязательствах. Таких, как Варька, детей, не познавших детского счастья, было несметное количество: это счастье у них отнимали эпидемии, бедность, повсеместное пьянство. 
  2. Тема бедности — осевая тема произведения, всегда актуальная для русского мира рабов и господ. Все герои одинаково бояться ее: Варьке привиделось, как она собирает милостыню, ее хозяева — мещане, и деньги — единственное богатство, которым они могут располагать.
  3. Тема безразличия — второстепенная тема, соприкасающаяся с основной в аспекте ответственности поколения старшего перед поколением младшим. Отсутствие этой ответственности подтверждается распущенностью нравов, непосредственностью в деликатностях, наплевательским отношением взрослых к тому, что хорошего младшее поколение может от них перенять, и какие фатальные для детей последствия имеет излишне праздная и низменная рутина большинства из старших. Причем вред от сформировавшейся тенденции носит далеко не нативный характер: он затрагивает в той или иной степени каждого. 

Проблемы

Проблематика рассказа «Спать хочется» тоже может быть расширена по мановению клавиши.

  1. Проблема судьбы — преобладающий аспект произведения, основой которого является тема “детей без детства”. Своим произведением Чехов задает хрестоматийный вопрос о том, каковы закономерности судьбы и где в это вопросе заканчивается человеческое всемогущество и начинается его ничтожность. Почему при сказочном фарте одних, бесконечно терпят фиаско вторые, и не могут себе даже позволить рискнуть третьи?
  2. Проблема эксплуатации детского труда. Варька — маленький человек с сильнейшим эмоциональным стержнем внутри, помогающем выносить тяжесть воспоминаний об утраченном счастье и мысли о приобретенных обязательствах. Однако ее поведение нельзя считать нормативным.
  3. Проблема вариативности гуманизма — загвоздка возникла после редактуры 1891 года, когда Чехов завел финал произведения в логический тупик, изобразив ужасающий акт символической расправы детей за грехи своих родителей. В этом абзаце он не только безоговорочно и бесповоротно убивает невинного младенца, но еще и ставит крест на Варьке, как на герое-праведнике, сформировав почву для отождествления своей героини с главным, в русской литературе, убийцей — Родионом Раскольниковым. Во всяком случае, дилемма в ее отношении складывается похожим образом: кто есть Варька: жертва или агрессор?

Главная мысль 

“Спать хочется” представляет собой крепчайший настой первородного человеческого страдания, трагического безысходного горя русской души, заложником которого человек становится по принципу “vogue la galere”. Однако это вовсе не означает того, что Чехов понимает природу духовных и социальных проблем, емко описанных им, только в сакральном ключе. Закаленный исключительной жизненной несправедливостью, Чехов сформировал наиболее правильный подход к пониманию мира, в котором сочетаются и фактор “злого рока”, нам неподвластный и фактор человеческий. 

Чехов демонстрирует дистанцию между человеческим сердцем и “злым роком”, снижающуюся соразмерно с повальным распространением обывательских взглядов на жизнь, мораль, институт долга и слова. Смысл рассказа “Спать хочется” заключается в том, что даже в беззлобную детскую душу может проникнуть дьявол, что уж говорить о меркантильных и завистливых взрослых, имеющих помимо прочего множество пошлых соблазнов: спиртного, блуда, предательства. И для того чтобы обезопасить себя в этой порочной структуре, нужно, в первую очередь, позаботиться о сохранности ближнего, особенно, если это ребенок, имеющий естественное и неоспоримое право на протекцию и простую человеческую любовь. То, что происходит в случае социальной пассивности и отторжения любых неделовых отношений, максимально остро, идейно и провокационно описал в своем произведении Чехов, подняв в своем читателе все то, человеческое нутро, на которое он может полагаться в спасении от прогрессирующей моральной пандемии. Это и есть основная идея рассказа «Спать хочется».

Чему учит?

Рассказ “Спать хочется” косвенно побуждает читателя к отречению от уникальности собственных проблем, которые большое количество недалеких людей преувеличивают и возводят в громоздкий философский знаменатель, ничего по модулю не составляющий. Чехов бьет в набат, чтобы пробудить общество от нравственной дремоты, при которой романтизируются и оправдываются самые сопливые слабости. Пример ребенка, отягченного взрослыми обязательствами, готового на бесчеловечный поступок, показывает, что горе — это не про романтику, горе — это про мать без ребенка, про время без будущего, про бездну и чертей. И нет в нем никакой практической составляющей, горе не питает творческими силами и опытом — оно строит непреодолимую баррикаду между сердцем и разумом, без взаимодействия которых человек — не человек. Это и есть мораль книги.

Назвав текст условным предложением “спать хочется”, Чехов заставляет задуматься, что великое множество вещей, в том числе и приносящих вред, происходит в нашей жизни естественным путем, который не в силах контролировать ни один человек. Потому люди должны объединяться под эгидой взаимовыручки и гуманной чуткости к ближнему, чтобы максимально ослабить самовоспроизводящееся зло. Человек, одинокий в своей борьбе, в большинстве случаев, падет под гнетом внешних сил, априори значительно его превосходящих, и станет носителем победившего его зла, что приводит, очевидно, не только к единичным случаям, один из которых в красках описал Чехов, но и к трагедиям массового характера: войнам, геноциду, нетерпимости, диктатуре. 

Критика

Рассказ вызвал значительный резонанс. Поводов недоверия не только к чеховскому видению проблем, но и к самой персоне писателя, было у придирчивой публики богемных снобов предостаточно. Одним сюжет казался недостаточно правдоподобным, другие, напротив, считали описываемые события настолько подноготно реальными, что находили неприличным факт сам упоминания об их существовании в обществе, где принято считать любую слабость, горе, безнадежность — пошлостью. Вызывали множество вопросов и правки, внесенные Чеховым в оригинал произведения для публикации его в журнале “Хмурые люди”. По их итогам из произведения была убрана часть описаний мучений Варьки, а изначально неоднозначная концовка, за добавлением еще одного абзаца, стала вполне конкретной: невинный ребенок взял на себя самый взрослый в мире грех. С чем связан подобный жест недоброй воли к своим героям, к чему такая жестокость? Чехов ведь “человек без селезенки”, а не без сердца, в конце концов. 

Однако рассказ “Спать хочется” нашел весьма авторитетное одобрение со стороны светоча русской литературной морали — Льва Николаевича Толстого, что выписывает Чехову символическую индульгенцию ото всех, причисленных ему общественностью, смертных грехов. 

Автор: Иван Лейтман

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector