Какие чувства вызывает рассказ «Чудик»?
Потому что этот нелепый человек теряет деньги и не может их забрать. Стыдно. Ему кажется, что все подумают, будто он хочет присвоить чужое. Он уходит. Без денег. И шепчет: «Да почему же я такой есть-то?» И мы вдруг понимаем: он не глупый. Он — беззащитный. У него нет панциря, который есть у нормальных людей. Нет брони из цинизма и пофигизма. Он как голый нерв.
Потом приходит злость. На интеллигентного товарища в поезде, который не верит истории о пьяном сыне и матери. «Сами придумали?» — спрашивает он. Не потому, что история неправдоподобная. А потому, что правда слишком страшная. Её проще объявить выдумкой. На лысого читателя, который вместо «спасибо» орёт про кипячение челюсти. На телеграфистку, которая учит Чудика, как надо писать жене. «Приземлились» — нельзя, ты не космонавт. «Васятка» — нельзя, ты взрослый человек. Им плевать на чувства. Им важна форма.
А потом — боль. Самая настоящая. Когда сноха кричит: «Чтоб завтра же этого дурака не было здесь!» Чудик идёт в сарай и сидит там дотемна. «Когда его ненавидели, ему было очень больно. И страшно. Казалось: ну, теперь всё, зачем же жить?» Это не обида. Это экзистенциальный ужас человека, для которого быть отвергнутым равносильно смерти. Он не понимает, почему его не любят. Он же старался. Он же хотел как лучше. Разрисовал коляску журавликами — «загляденье». А его выгнали.
И в конце — облегчение. Потому что Чудик выходит из автобуса под тёплый дождь, снимает новые ботинки и бежит босиком по мокрой земле. Подпрыгивает. Поёт «Тополя». И мы видим: он снова живой. Его не сломали. Он прощает всех. И идёт дальше — босиком, под дождём, с чемоданом в одной руке и ботинками в другой.
Рассказ «Чудик» вызывает целый коктейль чувств. Смех, раздражение, жалость, стыд, боль, облегчение. Но главное чувство — узнавание. Мы все немного чудики. Просто научились прятаться. А Василий Егорыч Князев — нет. И за это ему честь и слава. И грустно. И светло. Как после хорошего дождя.
