Краткое содержание романа «Побег»

Роман Марии Шумской «Побег» — это острая, публицистичная и ироничная исповедь восемнадцатилетней девушки по имени Саша, которая пытается вырваться из ловушки чужих ожиданий. Действие разворачивается в 2014 году и охватывает один летний месяц, полный внутренних метаний, любовных треугольников и профессионального кризиса. Саша — стажёрка на государственном телеканале, студентка журфака, невеста взрослого и настойчивого Лёши, а также случайная спутница циничного военного корреспондента Димы. Книга построена как поток сознания и дневник, перемежающийся литературными реминисценциями: героиня буквально «путешествует по книгам» (от Пушкина до Ибсена), чтобы осмыслить свою жизнь. Главный конфликт разворачивается между желанием быть собой и ролью «хорошей девочки», которую ей навязывают семья, общество и мужчины. Отказ от «командировки» на информационную войну и разрыв с абьюзивным женихом становятся актами взросления и обретения свободы. Многомудрый Литрекон представляет подробный пересказ всех глав. Приятного просвещения!

Глава 1

Саша начинает с ироничного вступления о геополитике и санкциях 2014 года: рубль слабеет, но она находит убежище не в реальной эмиграции, а в книгах. Книжный туризм становится её внутренней эмиграцией, путём, который не перекроют ни пограничники, ни камеры. Она говорит, что её «главное преступление» — это воображение, путешествующее сквозь кордоны.

Внутренняя свобода даёт ей преимущества: реальную свободу передвижения, знакомство с выдающимися попутчиками (писателями) и умение наслаждаться одиночеством. Книги дарят ощущение страны, которое в жизни размыто глобализацией. То, что начиналось как вынужденный «запасной выход», стало порталом в новые миры.

Глава 2

Саша воспроизводит разговор с начальником на канале: от неё требуют «идеологической подкованности» и объясняют, что у государственных СМИ не может быть нескольких точек зрения. В голове у неё мелькают строки из «Руслана и Людмилы», которые иронично перекликаются с происходящим: Кощей, чахнущий над златом, — это их «сотрудник месяца». Её посылают снимать синхроны, а живую картинку обещают прислать из «передовых позиций».

В редакции коллеги курят и жалуются на задержки зарплаты, ипотеку и дороговизну. Саша размышляет о пустоте работы: они снимают то, что никто не смотрит, говорят то, во что никто не верит. Её убивает не труд, а время, потраченное впустую. Она чувствует, что форма (брендированная петличка, должностная функция) важнее содержания и стирает личность.

Глава 3

Саша мысленно оказывается в финском пейзаже — холодном, туманном, с рыбацкими поселениями. Она вспоминает «Руслана и Людмилу» и задаётся вопросом, где же находится Лукоморье. По её версии, источник магии и русского духа — где-то в Ингрии (Ленобласти), на границе с НАТО. Но в воображаемом туризме границы не важны.

Она встречает Наину. По ее мнению, это самый трагический персонаж поэмы. Саша переосмысляет её историю: финн пытался приворожить гордую красавицу, но она отказалась быть трофеем. Наина стала злой колдуньей, потому что ей не оставили выбора: либо быть с мужчиной, который видит в ней только объект, либо жить одной. Саша считает этот выбор честным и достойным.

Глава 4

Саша возвращается с работы в свою московскую квартиру (съёмную, рядом с метро). У неё в гостях Леша — её жених, который снова пытается её вернуть. Она объясняет, что они не идут в одном направлении: он хочет брака, детей, «родового гнезда», а ей нужно пожить одной, понять себя, доучиться. Леша не слышит её, говорит, что она ещё юная, а он «взрослый и состоявшийся», знает, как лучше.

Саша чувствует, что их диалог, как заезженная пластинка. Она не может сказать нужные слова, чтобы окончательно порвать. Леша уходит, оставляя её с ощущением поражения: она снова не смогла покорить чужеродное амплуа и сказать герою, что его не любит.

Глава 5

Саша просыпается от странного сна: она сидит на дубе, как кот учёный, но вместо цепей у неё хвост и чешуя. Она размышляет о русалочке Андерсена: пожертвовать голосом ради ног — обречь себя на потерю себя. Принц всё равно выберет другую, а голос не вернёшь. Это метафора самоотречения, которого требует от женщины патриархальная культура.

Среди ветвей она видит туман, который скользкий и неверный. Ей страшно, но она понимает: на дерево поднимется только тот, кто не боится падать. Просыпается она с непечатными мыслями о бренности всего сущего.

Глава 6

Утро в метро, сон наваливается свинцом, но надо работать. В редакции коллега Паша шутит про «50 оттенков серого» на её лице. Саша едет на задание: брать синхроны у «народных заступников». Она описывает чиновничью Москву: просторные вестибюли, хрустальные люстры, секретари, охрана. Один из героев полчаса разглагольствует, не сказав по существу ни слова.

Неожиданно её отправляют на торфяники в Подмосковье. Там местные жители жалуются на дым и бездействие властей. Саша понимает, что в эфир из их слов попадут только нейтральные фразы «для атмосферы». Пожарный рассказывает, как сложно тушить торф (проливать вглубь, рыть канавы), но Саша чувствует, что его героизм никому не нужен. Вечерний выпуск срезает все жалобы жителей.

Глава 7

Длинный день, и Саша не хочет никуда идти, кроме постели. Она мысленно переносится в «Грозовой перевал»: вересковые поля, туман, острые камни, гроза. Кэтрин из романа задаёт те же вопросы, что и Саша: кто она, где её место, куда бежать? У Кэтрин не было выбора: либо Линтон с комфортом, либо Хитклиф с деструктивной страстью, но она не может выбрать себя и хоть чуть-чуть подумать.

Саша бродит по старому особняку на ощупь, боится темноты, но понимает: если она примет для опоры чью-то руку, то выйдет из тьмы уже не «я», а «мы». Вдруг открытое окно подмигивает болотными огоньками. Это феи говорят, что Кэтрин стала катастрофой для мужчин, пожарищем, потому что ее вынудили к этому обстоятельства, в которых она жила. Саша сидит у окна и ищет путь в баклажановый сгусток вереска.

Глава 8

Саша с подругой Элей сидят в ирландском пабе «The Crooked Clover». Пьют сидр и обсуждают Лешу. Саша жалуется, что не может порвать с ним: он каждый раз выворачивает её слова наизнанку, говорит, что любовь нужно терпеть и что это «такой период». Эля советует просто сказать «не люблю», но Саша не может из-за чувства вины и воспоминаний.

Эля обвиняет Лешу в манипуляции: взрослый мужик удерживает малолетку. Саша признаёт, что если бы она была одна, ей стало бы легче. Она цитирует мудрость: «Нельзя дождаться того, что тебя ждёт. К этому надо идти». Но пока она не знает, куда идти.

Глава 9

Саша просыпается с ощущением, что город стал другим. Москва превратилась в сюрреалистический лабиринт. Она пишет Леше смс о «командировке на месяц», хотя на самом деле просто хочет побыть одна. Утром она едет на электричке и думает о том, что у счастья нет завтрашнего дня. Ей не нужны планы на «всю жизнь», она хочет жить сейчас, как Стрекоза из басни Крылова, а не как Муравей.

Она приезжает в родной подмосковный город. Дороги разбиты, дома завешены транспарантами с изображениями домов. Саша идёт пешком и сравнивает советскую аутентичность с новыми коттеджами. Родители дома: отец подшучивает над Лешей, мать его одобряет, но держат дочь в строгих рамках. Саша понимает, что все попали в цугцванг.

Глава 10

Саша рассказывает матери о выдуманной командировке — той самой, которую она придумала, чтобы сбежать от Леши. Мать в ужасе: зачем посылать девушку? Саша объясняет, что это возможность проявить себя. Мать говорит, что гордится дочерью (фамилия в титрах), но настаивает: «Не валяй дурака». Саша признаётся, что хочет поехать, чтобы лично во всём разобраться.

Мать говорит о проблемах отца (сердце, сахар) и переживает, что Саша останется без поддержки. Она советует выходить замуж за Лешу, надёжного и порядочного. Саша возражает: «Не работника месяца выбираю». Мать парирует: «Брак по расчёту — это нормально». Саша уходит в свою комнату, чувствуя, что ей нужно «уехать» хотя бы номинально.

Глава 11

Саша мысленно отправляется в Америку, штат Мэн, в роман «Оливия Киттеридж». Она видит провинциальный город, где люди мечтают о другой жизни, но выбирают синюю таблетку. Оливия — прекрасный учитель, но била своего сына и ненавидела материнство. Она кричит на кухне: «Не хочу это делать!». Саша понимает, что Оливия говорит о своей роли, которую нельзя отменить.

Саша жалеет Оливию, но чувствует, что её собственная мать тоже могла бы тяготиться рутиной долженствования. Она цитирует: «Весна была великолепна и походила на оскорбление действием». Книга бьёт в голову, как весна. Саша включается в её потоки.

Глава 12

После завтрака Саша идёт с отцом в лес. Она рассказывает ему о своей (выдуманной) поездке. Отец спрашивает, безопасно ли это, и иронизирует над политикой. Саша говорит, что в российских городах (Кострома, Иваново, Рыбинск) разруха, люди бегут, нет перспектив. Она хочет увидеть всё своими глазами и понять, можно ли сказать правду.

Отец признаётся, что ходит на митинги против свалки: «Если все выйдут, решим вопрос за один день». Он согласен отпустить дочь («дерзай») и обещает поговорить с матерью. Про Лешу он говорит: «Я бы одобрил, если бы ты не сомневалась». Саша понимает, что её «побег» — это не реальная командировка, а способ исчезнуть на пару недель и побыть собой.

Глава 13

Саше дают задание: притвориться любовницей богатого мужика и пойти к пластическому хирургу, чтобы «развенчать» его по заказу одной светской львицы. Это заказной репортаж. Саша соглашается, хотя ей противно. Её партнёром по роли будет Дима — коллега, который играет «богатого мужа». Они идут на консультацию.

Хирург оказывается адекватным: он отговаривает Сашу от операций, говорит, что ничего менять не надо. «Разруха в головах», — заявляет он. Саша понимает, что подставляет невиновного человека. Она решает тайком признаться врачу, что они из новостей и их заказчица — бывшая клиентка, желающая крови. Врач благодарит, Дима ругается, что они «обосрались».

Глава 14

Дима и Саша едут в ресторан. Дима рассуждает о том, что все СМИ — рупор власти, и нечего обманываться. Саша возражает: зачем врать, если правы? Дима говорит: «У нас война, на фронте вопросов не задают». Саша парирует: «Если правда за нами, зачем унижаться?». Дима называет её либералкой.

В ресторане они пьют вино. Дима предлагает Саше поехать с ним на «информационный фронт» (туда, где «реальная карьера делается»). Саша колеблется. Дима почти признаётся в симпатии. Саша чувствует, что её «воображаемая командировка» становится реальным предложением, от которого трудно отказаться.

Глава 15

Саша размышляет о сказках. В версии братьев Гримм Золушка — не жертва, а человек с субмиссивным поведением: она постоянно уступает, чтобы быть «хорошей». Даже выйдя за принца, она остаётся невидимой, потому что подлаживается под самую узкую колодку. Саша видит в этом параллель с собой: она тоже не умеет говорить «нет».

Дима продолжает уговаривать её поехать с ним, настаивает на «новом опыте». Саша говорит, что у неё есть парень (Леша), но Дима парирует: «„Вроде как“ — это не отношения». Саша чувствует, что плывёт по течению и теряет контроль.

Глава 16

Саша и Дима проводят время в дорогой Москве: рестораны, клубы, квартира на Таганке. Они много спорят до хрипоты. Дима называет её «либеральной девушкой» и «субмиссивной дурой». Саша говорит, что ей противно, но она не может уйти. Дима снова предлагает поехать с ним, он обещает протекцию и «виды на будущее».

Саша понимает, что этот месяц стал для неё порталом в другую жизнь, но она не уверена, что хочет туда идти. Она чувствует себя «забродившим соком», который кто-то жадно лакает. В конце концов она соглашается на поездку? Нет, ещё не решено. Глава заканчивается её внутренним монологом о том, что «пора решать» и «взрослеть».

Глава 17

Саша возвращается домой и размышляет об «измене» — моральном компромиссе с Димой. Она винит себя, но понимает, что не любит ни Лешу, ни Диму. Леша — удобный, но душащий; Дима — авантюра ради побега от тоски. Она описывает состояние «зазеркалья»: когда живёшь не своей жизнью, когда всё вокруг — кривое зеркало.

Саша представляет альтернативную реальность: замужество, детей, быт — и ужасается. Она понимает, что боится одиночества, но ещё больше боится оказаться в «правильной женской доле», где её личность сотрётся. Внутренний монолог переходит в обморок (или сон).

Глава 18

Саша с Димой в дорогом ресторане. Он снова заводит речь о женщинах: «Женщины не могут работать, их удел — дом и дети». Саша иронизирует, но внутри у неё накипает. Она ест шоколадный мусс и думает о том, как ей хочется встать и уйти, но она не может — потому что слаба, потому что боится, потому что «хорошая девочка».

Дима говорит, что она «ещё маленькая и не знает жизни». Саша мысленно парирует, но вслух произносит лишь банальности. Она чувствует, как чужое прикосновение оставляет горячий след, и не может оторваться от «жаркого вечера в восточном саду». Ресторан, вино, пачули — она проваливается в наваждение.

Глава 19

Саша разговаривает по телефону с Лешей. Он требует, чтобы она вернулась, говорит, что не отпускает её в командировку, потому что «она нужнее дома». Саша возражает: «Мне не нужен мужчина, я хочу пожить сама». Леша не слышит, называет её выбор «ошибкой» и заявляет, что скорректирует его.

Саша чувствует, что их разговоры напоминают «Пионерскую правду» — одни умолчания. Она понимает, что боится его реакции, поэтому не может сказать правду. Ей остаётся только бежать.

Глава 20

Саша звонит отцу и рассказывает о своей (уже почти реальной) поездке в горячую точку. Она говорит, что увидела там настоящую жизнь, выбор, перемены. «Война — это не про оружие, а про жизнь». Она признаётся, что её влечёт этот адреналин, напряжение, чувство причастности.

Отец спрашивает, не опасно ли. Саша отвечает, что её не туда посылают, всё тихо. Она лжёт, но чувствует, что ложь пустила корни. Она уже обвивает «дерево лжи» плющом. «Как мне выйти из этой роли?» — задаёт она вопрос.

Глава 21

Саша гуляет по Москве с Димой, но везде ей мерещится Леша. Она вспоминает, как прогуливала школу, чтобы побыть одной. Для интроверта одиночество — ресурс. Она осознаёт, что её «прогулы» стали работой, но и эта работа стала формой побега. Она рефлексирует о том, что «мы» на государственном канале и «мы» на митингах — разное: одна принадлежность исключает другую.

Она спотыкается на каблуках и чувствует, что надо что-то менять. Дима предлагает поехать в Питер. Саша соглашается.

Глава 22

На телефоне Саши куча сообщений: все узнали, что она едет в командировку. Её популярность резко выросла. Одногруппники, которые раньше не замечали, теперь просят помочь устроиться. Саша чувствует себя «голой королевой»: она ещё не решила, но пути к отступлению отрезаны славой.

Дима зовёт её на спектакль «Норманск». Она соглашается.

Глава 23

Спектакль «Норманск» в Театре им. Мейерхольда — иммерсивный променад по мотивам «Гадких лебедей» Стругацких. Зрители блуждают по зданию, натыкаются на сцены насилия, доносов, школьных уроков страха. Саша видит, как Дима бледнеет и нервничает. В финале девочка читает монолог о том, что взрослые потеряны и ничего не знают.

Дима после спектакля холоден, говорит, что «подыгрывал». Саша понимает, что он не хочет показывать свои чувства. 

Глава 24

Саша переписывается с Элей. Эля рассказывает, что гостит у тётки в Питере и что её мать достала требованиями учиться. Саша жалуется, что не может порвать с Лешей. Эля говорит, что Саша — «немая» и мужчины этим пользуются. Саша признаёт, что «со стороны виднее».

Эля советует ей не ехать к Леше, а использовать шанс с Димой. Саша говорит, что ещё не решила. Эля сообщает, что у неё самой появился парень (Влад, 18 лет), и она, возможно, выйдет замуж.

Глава 25

Саша и Дима едут в Питер на «Сапсане». В дороге они спорят об истории: о Николае Кузнецове (разведчике), о войне, о «борщевике Сосновского» как метафоре благих намерений. Дима говорит, что война с националистами идёт с 1941 года.

Саша парирует: «Если война нескончаема, она не продуктивна». В этой же поездке раскрывается тайна Димы: он «хотел быть героем», но в решающий момент испугался и не смог спасти девушку от насилия военных. С тех пор эта травма его гложет. Он переносит ее на свои отношения с женщинами.

Глава 26

В Питере Саша видит обшарпанные фасады, затянутые зелёной сеткой «реставрации», и ужасается. Дима же восхищается городом. Саша не решается сказать ему правду. Они селятся в дорогом отеле с видом на Неву.

Номер роскошен: лепнина, бархат, хрусталь. Саша думает о том, что Дима «лицедействует» роль богатого господина. Она чувствует себя его игрушкой.

Глава 27

Саша снова переписывается с Лешей. Она пытается объяснить, что не хочет быть с ним, но он не слышит. Он говорит: «Мы уже связаны обещанием». Саша напоминает, что ей было 15 лет. Леша настаивает на личной встрече. Саша спрашивает о его «тёмном прошлом» — запрещенных веществах и беременной девушке. Леша уклоняется от ответа.

Саша понимает, что этот брак ей не нужен. Она чувствует, что ее отношения в тупике.

Глава 28

Дима ведёт Сашу в музей «Прорыв блокады Ленинграда». Саша смотрит на диораму и думает о сталинских репрессиях, которые уничтожили офицерский корпус перед войной. Она не решается говорить об этом вслух. Дима, напротив, восхищается танками и делает селфи.

Саша вспоминает своего прадеда, которому под Ржевом оторвало руку. «Праздник со слезами на глазах», — думает она. Дима предлагает пойти в рюмочную. Саша соглашается.

Глава 29

Мать звонит Саше и говорит, что Леша приходил к ним «жаловаться». Она пересказывает его слова: у Саши кто-то появился, её нужно «отозвать». Саша возмущена. Мать признаётся, что слышала слухи о «плохой компании» Леши, но не придала значения. Это было давно, сейчас он уже другой.

Саша чувствует себя преданной: мать молчала, отец, наверное, тоже. Они приняли грубое вмешательство чужого человека в ее жизнь. Она кладёт трубку и думает: «Когда ты не делаешь то, что сложно, становится ещё хуже».

Глава 30

Саша мысленно оказывается во Франции, в Живерни, в романе Мишеля Бюсси «Чёрные кувшинки». Она пересказывает сюжет о женщине, которая не смогла отказать «ангелу-хранителю», убивавшему всех, кто мешал его замыслу. Мальчик Винсент всю жизнь душил её, прикрываясь любовью. Саша видит в этом параллель с Лешей.

Она думает: «Нет ничего хуже жизни, растасканной и сожранной пустяками». Она вспоминает, как спускалась в овраг и чувствовала запах крапивы и тины. Это её внутреннее «зазеркалье».

Глава 31

Саша встречается в Питере с Элей. Эля говорит, что выходит замуж за Влада, который возит группы в Таиланд на гвоздях стоять. Саша удивлена, но Эля объясняет: «Замуж надо выходить только по любви и по глупости. Просто „да“ и всё». Эля бросает институт.

Саша восхищается её смелостью. Она думает о том, что её собственный побег — тоже шаг к свободе, но пока нерешительный.

Глава 32

В антикафе Саша и Дима спорят о политике. Дима защищает государственное враньё («это послание, а не продуктовая политика»). Саша говорит: «Если идеи правильные, их принимают добровольно. А если навязываешь силой — проигрываешь на уровне идей».

Саша ссылается на Кундеру и чешскую оккупацию 1968 года: «Мы не смогли увлечь их „русским миром“, потому что за ним стоит только порядок ради порядка». Дима в ярости, но признаёт, что «работать надо лучше». Саша по-прежнему не даёт окончательного ответа о поездке.

Глава 33

Саша идёт на Патриаршие пруды — место из романа Булгакова. Она вспоминает историю этих мест: Козье болото, патриаршьи пруды, богему, а потом советские переименования. Она садится на скамейку и задаёт себе главный вопрос: ехать ли с Димой на информационную войну?

Она взвешивает все «за» и «против»: деньги и карьера против «белых перчаток» и риска потерять себя. В финале она слышит плеск воды и отголосок булгаковского диалога: «Что вы хотите для себя?». Она понимает, что не хочет быть «говорящей головой» на чужой войне.

Глава 34

Саша сообщает Эле, что отказалась от поездки. Эля в шоке: «Это провал года!». Саша объясняет: если она поедет, то станет «обманщицей», и Дима (или кто-то ещё) всегда сможет предъявить счёт. Она не хочет быть «шагреневой кожей».

Эля говорит, что сама выходит замуж и бросает институт. Саша поздравляет её. Она чувствует облегчение: «Как будто легче стало, что не надо никому ничего доказывать».

Глава 35

Саша пишет пространное философское рассуждение о любви, смерти и страхе потерь. Она говорит, что люди цепляются за умирающие отношения, как за консервы в подвале, боясь, что без них ничего не останется. Но правда в том, что мы конечны, и худшее уже произошло (мы умрём). Поэтому нечего бояться.

Она пишет это письмо Леше, потому что не может сказать вслух. «Зелень моего побега уже стремится к весенним заморозкам», — заканчивает она.

Глава 36

Саша получает звонок от матери Леши, Людмилы Ивановны. Та рассказывает, что Леша несколько лет назад уже имел отношения с девочкой помладше и все закончилось плохо — она забеременела и была вынуждена избавиться от ребенка. Леша не мог быть мужем и отцом, он употреблял запрещенные вещества. Тогда его мать едва откупилась от уголовного дела. Она предупреждает Сашу: «Вы понятия не имеете, с кем связываетесь».

Саша в шоке. Она понимает, что Леша врал ей всё это время, строил из себя святого, а сам… Она окончательно решает порвать с ним.

Глава 37

Саша мысленно оказывается в «Кукольном доме» Ибсена. Она смотрит на Нору, которая уходит от мужа, потому что понимает: была лишь куклой. Саша «болеет за Нору» в каждой из нас.

Она решает, что уход — не поражение, а первый шаг к свободе.

Глава 38

Саша встречается с Лешей в парке (при свидетелях). Она говорит ему, что они расстаются. Леша обвиняет её в измене, но потом смягчается и просит прощения за прошлое. Саша отвечает: «Я не виню тебя, но любви больше нет». Леша не хочет отпускать, но Саша уходит.

Она чувствует, как осенние листья сливаются с её «упадочно-жёлтым» состоянием. Она падает в чёрный проём метро, чтобы вынырнуть в зелёном, весеннем.

Глава 39

Мать звонит и ругает Сашу за отказ от командировки. «Ты подумала о будущем?». Саша отвечает, что хочет заниматься фрилансом и блогингом, не хочет быть на крючке у государства. Мать недовольна, но Саша чувствует облегчение.

Отец поддерживает её: разрыв с Лешей — это хорошо, а отказ от поездки — мудрое решение. Саша пьёт мальбек и думает о том, что теперь она «не бежит за временем, а живёт». Книга заканчивается открытым финалом: читателю предлагается самому решить, правильный ли выбор сделала героиня. Но Саша точно знает, что теперь она свободна.