«Косцы» читательский дневник кратко

Есть произведения, которые читаются как тихое воспоминание: без громких событий, без острых конфликтов, но с такой глубиной, что после них долго молчишь и думаешь о чём-то очень важном. Рассказ Ивана Бунина «Косцы» тоже относится к таким книгам. В нём нет сюжета в привычном смысле: автор просто вспоминает, как однажды шёл по большой дороге и услышал, как в берёзовом лесу косили и пели рязанские мужики. Но за этой простой картиной скрывается нечто огромное — размышление о России, о народе, о песне как голосе души и о том, что «та жизнь, которой все мы жили в то время, не вернётся уже вовеки». Когда я читал этот рассказ, меня поразило, как из нескольких строк о покосе и пении вырастает целая философия родины и утраты.

Главное о произведении

Чтобы понять, почему «Косцы» звучит так пронзительно, важно знать, когда и в каких обстоятельствах он был написан, к какому жанру относится и какую мысль автор вложил в него. Это произведение эмигрантского периода, и это во многом объясняет его тональность.

• Полное название: «Косцы».

• Автор: Иван Алексеевич Бунин (1870–1953) — русский писатель, поэт, переводчик, лауреат Нобелевской премии по литературе.

• Дата создания: 1921 год. Бунин написал рассказ, уже третий год находясь в эмиграции во Франции. По воспоминаниям, когда он читал «Косцов» в Париже, двести слушателей плакали — настолько ярко и узнаваемо предстала перед ними Россия.

• Жанр: рассказ, лирический очерк, воспоминание-медитация. В школьной программе изучается как образец бунинской лирической прозы эмигрантского периода.

• Главная мысль: Россия — это общий дом для всех русских людей, и связь с ней — кровная, бессознательная, не требующая слов. Песня косцов становится голосом народной души, а воспоминание о ней — способом сохранить утраченную родину в памяти и в слове.

Кратчайшее содержание

Рассказ ведётся от первого лица. Автор-рассказчик вспоминает прошлое — ту жизнь, которая «не вернётся уже вовеки». Он шёл по большой дороге в орловской глуши, а рядом, в молодом берёзовом лесу, косили и пели мужики. Был предвечерний июньский день, солнце склонялось к западу, стадо овец серело впереди, старик-пастух сидел на меже. Казалось, что в этой «забытой — или благословенной — богом стране» нет ни времени, ни деления его на века и годы.

Косцы были «дальние», рязанские — небольшая артель, которая проходила по орловским местам, помогая на сенокосах и подвигаясь дальше, на заработки в степях. Они были беззаботны и дружны, как бывают люди в дальнем и долгом пути, «охочи к работе», радуясь её красоте и спорости. Рассказчик замечает их опрятную одежду: мягкие кожаные бахилки, белые онучи, чистые портки и рубахи с красными кумачовыми воротами.

Неделю назад он уже видел этих косцов: как они пили родниковую воду из деревянных жбанов, крестились и бодро сбегались к месту с блестящими косами, как шли вольной, ровной чередой. А на возвратном пути застал их за ужином у костра — они ели из чугуна куски чего-то розового. Приглядевшись, рассказчик с ужасом понял, что это мухоморы. Но косцы только засмеялись:

«Ничего, они сладкие, чистая курятина!»

Теперь они пели: «Ты прости-прощай, любезный друг!» — подвигаясь по берёзовому лесу и бездумно лишая его густых трав и цветов. Рассказчик и его спутники стояли и слушали, чувствуя, что никогда не забудут этого предвечернего часа и никогда не поймут до конца, в чём «такая дивная прелесть их песни».

Прелесть была в откликах, в звучности берёзового леса, в кровном родстве между косцами и слушателями, между ними и полем, воздухом, небом, дорогой. Все они были дети своей родины, и всем им было хорошо, спокойно и любовно, без ясного понимания своих чувств, ибо «их и не надо, не должно понимать, когда они есть». Прелесть была и в том, что эта родина, «этот наш общий дом была — Россия, и что только её душа могла петь так, как пели косцы».

Песня была похожа не на пение, а на «вздохи, подъёмы молодой, здоровой, певучей груди». Косцы прощались с «родимой сторонушкой», с счастьем, с надеждами, жаловались и тосковали, но в этой тоске было не отчаяние, а «почти восторг перед своей гибелью, молодой дерзости перед судьбою и какого-то необыкновенного, всепрощающего великодушия». Человек не верил в безнадежность, потому что чувствовал:

«всюду есть у него приют, ночлег, есть чьё-то заступничество, чья-то добрая забота».

И ещё одно было в этой песне: знание того, что «бесконечно счастливы были мы в те дни, теперь уже бесконечно далёкие — и невозвратимые». Рассказ заканчивается горькими словами: «всему свой срок, — миновала и для нас сказка: отказались от нас наши древние заступники, разбежались рыскучие звери, разлетелись вещие птицы, свернулись самобраные скатерти, поруганы молитвы и заклятия, иссохла Мать-Сыра-Земля, иссякли животворные ключи — и настал конец, предел божьему прощению».

Главные герои

В «Косцах» нет традиционных героев с именами и характерами — это лирическое повествование, где главное не персонажи, а образы и голоса. И всё же можно выделить несколько ключевых фигур, через которые раскрывается замысел Бунина.

• Автор-рассказчик — человек, любящий родину, тонко чувствующий красоту природы и музыку народной песни. Он не просто наблюдатель: его голос сливается с голосом русского народа, а воспоминание становится способом вернуться в утраченный мир.

• Рязанские косцы — артель мужиков, пришедших на заработки в орловские места. Молодые, сильные, опрятные, трудолюбивые и весёлые. Они «беззаботны, дружны», как бывают люди в дальнем пути, и «охочи к работе». Их песня — это голос самой России.

• Берёзовый лес — не просто пейзаж, а живое существо, которое «звучно откликается» на песню косцов. Лес становится соучастником и хранителем того единства, которое чувствуют все — и поющие, и слушающие.

• Большая дорога — образ, символизирующий исторический путь России и судьбу её народа. Она «уходила в бесконечную русскую даль», и по ней шли косцы, и по ней же шла вся прежняя жизнь, которой больше не будет.

План книги

«Косцы» — небольшое произведение, но в нём можно выделить несколько смысловых частей, каждая из которых важна для понимания целого. Вот примерный план:

1. Воспоминание о прошлом. Автор начинает с мысли, что «та жизнь» не вернётся уже вовеки.

2. Дорога и природа. Описание большой дороги, полей, предвечернего июньского дня, ощущение остановившегося времени.

3. Встреча с косцами. Автор слышит пение в берёзовом лесу и видит артель рязанских мужиков.

4. Портрет косцов. Их одежда, повадки, «старинная добротность» и единство с природой.

5. Воспоминание об ужине. Косцы едят мухоморы, смеются, называют их «сладкими, чистой курятиной».

6. Песня косцов. Описание пения, его «дивной прелести» и связи со всем окружающим.

7. Размышление о России. Мысль о кровном родстве всех русских людей и о родине как общем доме.

8. Финал: утрата. Слова о том, что «миновала сказка» и «настал конец, предел божьему прощению».

Чему учит?

Рассказ «Косцы» учит любить родину не за что-то конкретное, а просто потому, что она — твоя. Бунин не перечисляет заслуг России и не восхваляет её достижений. Он показывает, что связь с родной землёй — это «кровное родство», которое живёт в человеке независимо от его мыслей и слов. Песня косцов, поле, небо, дорога — всё это вместе и есть родина, и ощущение этого единства даёт человеку «спокойствие и любовь» без всяких объяснений. Это учит ценить то, что кажется обычным, пока оно не станет невозвратимым.

Кроме того, «Косцы» учат видеть красоту в простом труде и в народной песне. Косцы работают легко, «играючи», и их пение — не концерт, а «вздохи здоровой, певучей груди». Бунин в рассказе «Косцы» заставляет задуматься о том, что настоящая красота не нуждается в украшениях: она в самой жизни, в движении косы, в отклике леса, в ужине у костра. Это произведение напоминает, что утрата этой простой красоты — потеря, которую невозможно восполнить.

Отзыв

«Косцы» — один из тех рассказов, которые сначала кажутся почти безмятежными, а потом вдруг ударяют в самое сердце. Я читал и чувствовал, как вместе с автором иду по той большой дороге, слышу песню, вижу берёзовый лес. А потом наступает финал: и от слов «настал конец, предел божьему прощению» становится по-настоящему больно. Бунин не жалуется и не объясняет, он лишь вспоминает, но от этого воспоминания щемит душу.

Особенно меня поразила сцена с мухоморами. Косцы едят ядовитые грибы и смеются, называя их «сладкими, чистой курятиной». В этом эпизоде есть что-то глубоко народное, почти сказочное — и одновременно очень земное, простое, живое. А песня, в которой слышится и тоска, и «молодая дерзость», и «всепрощающее великодушие», кажется мне одним из самых точных описаний русской души, какие я встречал в литературе.

Я бы советовал читать «Косцы» неспешно, вслух, если получится. Этот рассказ — не для быстрого ознакомления. В нём важно каждое слово, каждая интонация, каждый отклик леса. И после него хочется оглянуться вокруг — на своё поле, своё небо, свою дорогу — и понять, что и это когда-нибудь станет воспоминанием. Бунин напоминает: то, что мы любим, нужно замечать, пока оно рядом.