Характеристика Васютки в рассказе «Васюткино озеро» (+ таблица)

(480 слов) Виктор Астафьев начинает знакомство с героем с удивительной детали: когда Васютка выходит из дома, он «похожий на коренастого, маленького мужичка». Тринадцать лет — возраст, когда мальчишка уже не ребенок, но еще не взрослый. Однако сибирская тайга не делает скидок на возраст. И Астафьев ведет своего героя по пути, который в русской литературе называют «испытанием» — только здесь экзаменатором выступает не война и не социум, а глухой, равнодушный лес.

В первой части рассказа Васютка — обычный подросток со всеми его «мальчишескими» чертами. Он хвастлив: добыв глухаря, радуется не столько удаче, сколько возможности похвастаться. Он беспечен: мать предупреждает его «от затесей далеко не отходи», а он отмахивается, уверенный в своей удачливости. Он даже «бранится для солидности», подражая взрослым. Но самое главное — в нем живет та самая склонность к «пространным рассуждениям, как у всякого таежника», которая выдает в нем не просто городского мальчика, а человека, впитавшего вековую мудрость своего рода.

Перелом наступает в тот момент, когда паника отступает перед необходимостью выживать. Астафьев фиксирует этот перелом с поразительной точностью:

«Открытие это было настолько простым и потрясающим, что Васютка не сразу пришел в себя».

Он понял, что заблудился. И вот здесь включается то, что делает Васютку героем не случайным, а закономерным. Он не впадает в истерику — он начинает действовать по законам, которые впитал с детства.

«Тайга, наша кормилица, хлипких не любит!» — всплывают в памяти слова отца и деда.

И Васютка подчиняется этому закону. Он разводит костер, экономно расходует патроны, готовит дичь. Даже отсутствие соли не становится трагедией:

«из уголков мешка выковырял щепотку грязных кристалликов, раздавил их на прикладе ружья и через силу улыбнулся: — Живем!».

Эта улыбка над собой, над собственным страхом — и есть та самая взрослость, которую не измеришь возрастом.

Но Астафьев не был бы Астафьевым, если бы сделал своего героя идеальным «робинзоном». Васютка — живой мальчик. Он плачет, когда, выбравшись к озеру, понимает, что ошибся. Он боится темноты, пугается корня-выворотня, принимая его за зверя. Он тоскует по дому, по школе, по учительнице Ольге Федоровне. И в этом — главная правда рассказа: мужество не в отсутствии страха, а в умении действовать, несмотря на него.

Показателен финал. Спасенный Васютка снова начинает хвастаться перед отцом:

«А что? Влет еще лучше, оказывается, стрелять!».

И отец осаживает его: «Не хвались!».

Но в этом хвастовстве нет прежней детской бравады. Это — радость выжившего, попытка пережить заново то, что уже осталось позади. Астафьев не случайно завершает рассказ географической деталью: на карте появляется «Васюткино озеро» — крошечная точка среди бесчисленных «кляксочек». Для географии это пустяк. Для самого Васютки — доказательство того, что он не просто выжил, но и сделал то, что под силу не каждому взрослому: открыл людям новое место.

Васютка — это характер, который Астафьев выносит из своей сибирской юности. В нем есть и удаль, и беспечность, и та глубокая, не показная сила, которая просыпается, когда рядом нет ничьей помощи. Тринадцатилетний «маленький мужичок» оказывается сильнее многих взрослых — не потому, что он особенный, а потому, что за его плечами стоят поколения, для которых тайга была и домом, и школой, и судьей.