Характеристика главных героев в сказке «Снежная королева» (Г.Х. Андерсен)
Сказка «Снежная королева» устроена хитрее, чем кажется. На первый взгляд, это история о том, как девочка спасает мальчика от ледяной колдуньи. Но если присмотреться, Андерсен написал трактат о двух способах существования в мире. Герда и Кай — это два полюса человеческой натуры. Один превращается в холодный рассудок, восхищённый правильностью линий и дробями, другая остаётся живым теплом, которое не умеет рассчитывать, зато умеет плакать и верить. Вместе они составляют целое, но на пути к этому целому лежит катастрофа: осколок зеркала, который заставляет Кая увидеть в розах червей, а в Герде — безобразную плаксу. Автор не случайно начинает с истории про зеркало, искажающее реальность. Это притча о том, как легко принять холодную точность за истину, а живую нелогичность — за слабость. И только пройдя через царство мёртвого льда, оба героя — каждый по-своему — возвращаются к тому, с чего начинали: к розам, к псалму и к детскому сердцу, которое не стыдится своей уязвимости. Посмотрим на характеристику главных героев в сказке «Снежная королева» от Многомудрого Литрекона. Приятного просвещения!
Краткое сочинение
Если попытаться пересказать «Снежную королеву» парой предметов, это будут коньки Кая и красные башмачки Герды. Коньки — символ скорости, холода и игры по правилам. Башмачки — это жертва, тепло и полное пренебрежение к тому, что надето на ногах, когда на кону жизнь любимого.
Андерсен рисует Кая мальчиком, который обожает точность. Пока Герда целует розы и поёт псалом, он рассматривает снежинки под увеличительным стеклом, восхищаясь: «Какая точность! Ни единой неправильной линии!». Осколок тролльего зеркала лишь доводит до абсурда его врождённую склонность: всё живое кажется ему гадким, арифметика — важнее бабушкиных сказок. Снежная королева забирает его не силой, а закономерностью — он сам выбирает холод, потому что в нём нет места противоречиям и слезам. Даже в ледяном дворце он пытается сложить из льдин слово «вечность» — символ окончательной, замёрзшей гармонии. Не получается.
Герда не умеет складывать, она умеет отдавать. Река не возвращает ей Кая, но она кидает в воду башмачки — свое первое сокровище. Потом — муфту, потом — слёзы. Её оружие нелепо с точки зрения Кая: она расспрашивает цветы, которые знают только свои песенки, терпит выходки маленькой разбойницы и идёт босиком по снегу. И добивается успеха там, где бессильна мудрая финка:
«Сила — в её милом, невинном детском сердечке».
Кай и Герда возвращаются домой взрослыми, но «детьми сердцем и душой». Это предостережение современному человеку: спасает не расчет, а способность плакать над розой и идти за тем, кто стал льдинкой. Коньки остаются в прошлом. Башмачки — нет, потому что их подарили, а не надели.
Подробное сочинение
В литературе редко встретишь пару, где герои меняются ролями так же естественно, как Кай и Герда. Сначала Герда кажется слабой: она плачет, когда он дразнит её, не знает арифметики, верит в сказки. А Кай — умным и сильным: он не боится Снежной королевы, лихо управляется с санками и знает дроби. Но стоит осколку попасть в глаз, как выясняется: его «ум» — это ловушка, а её «слабость» — неисчерпаемый ресурс.
Андерсен не случайно делает Кая жертвой зеркала тролля. Этот персонаж изначально настроен на анализ, на разложение живого на детали. Взгляните на его реакцию, когда осколок только попал: «У! Какая ты теперь безобразная!» — кричит он Герде. А затем вырывает розы, потому что они «кривые» и «гадкие». Что происходит? Мальчик, который еще недавно сидел под розами и пел псалом, начинает видеть не целое, а дефекты. Это психологически точный портрет человека, который потерял способность к эмпатии и заменил её критикой. Его путешествие в санях Снежной королевы — не похищение, а бегство. Он сам привязывает санки к её саням. Он сам забывает Герду после поцелуя, потому что поцелуй холода дарит иллюзию совершенства:
«Она казалась ему совершенством».
В чертогах, где стены созданы метелью, Кай занимается «ледяной игрой разума». Он складывает из льдин «затейливые фигуры» и считает это чудом искусства. Ему не хватает только слова «вечность», чтобы получить «весь свет и пару новых коньков». Обратите внимание на подарок — коньки. Это символ скольжения по поверхности, движения без тепла. Кай застрял в своём рациональном аду: он может вычислить всё, кроме главного.
Герда же движется по совершенно иной логике. Она не знает, где Лапландия, не умеет торговаться с разбойниками, не понимает иносказаний цветов. Но она обладает тем, что современная психология назвала бы «эмоциональным интеллектом» в чистом виде. Её инструмент — прямота, граничащая с нелепостью. Она предлагает реке красные башмачки, словно река — человек. Она принимает помощь ворона и, не сомневаясь, идёт в спальню к незнакомым принцу с принцессой. Она не боится маленькой разбойницы, потому что не воспринимает угрозу как угрозу, она воспринимает её как препятствие, которое надо перетерпеть. И разбойница, самая дикая из всех, тает:
«Ты не будешь убита, даже если я рассержусь».
Ключевая сцена — не финальная встреча, а диалог с финкой. Олень просит дать Герде силу двенадцати богатырей. Финка отвечает:
«Сильнее, чем она есть, я не могу её и сделать».
Главная фраза сказки:
«Сила — в её милом, невинном детском сердечке».
Это революционная мысль для XIX века: не героизм и не магия, а именно незащищённость и открытость оказываются самым мощным оружием. Именно поэтому, когда Герда плачет над Каем, её горячие слёзы делают то, что не могло сделать заклинание: растапливают лёд в сердце и вымывают осколок из глаза.
К концу сказки герои меняются. Кай, который считал себя взрослым, плачет. Это его исцеление. Герда, которая была «маленькой и слабой», ведёт его через миры. Они становятся взрослыми «по паспорту», но бабушка читает им:
«Если не будете как дети, не войдёте в царствие небесное».
Андерсен не призывает к тому детству, которое не боится быть уязвимым, которое не заменяет живые розы ледяными головоломками. Кай и Герда — это мы, выбирающие между правильными линиями и горячими слезами. И сказка подсказывает, какой выбор работает даже на Северном полюсе.
