Краткое содержание книги «Губернатор» (Л. Андреев)

Повесть Леонида Андреева «Губернатор» — это глубокое психологическое исследование человека, переступившего черту дозволенного и ставшего жертвой собственного поступка. Сюжет строится вокруг трагического события: губернатор отдает приказ стрелять в толпу бастующих рабочих, что приводит к гибели сорока семи человек, включая женщин и детей. Однако Андреева интересует не столько политическая подоплека, сколько метафизическая природа возмездия. Главный герой, генерал Петр Ильич, не испытывает раскаяния в привычном смысле этого слова, но с момента убийства его сознание оказывается запертым в «тюремной стене» воспоминаний. Время для него останавливается, а весь окружающий мир превращается в бесконечный лабиринт, ведущий к одному и тому же образу: взмах платка, выстрелы, кровь. Андреев мастерски показывает, как мысль о содеянном и всеобщее ожидание неминуемой казни постепенно лишают губернатора воли, отчуждают от близких и делают его беззащитным перед лицом неумолимого закона — «кровь за кровь». Краткий пересказ от Многомудрого Литрекона поможет Вам лучше понять сюжет. Приятного просвещения!

Глава I

Прошло пятнадцать дней после расстрела, но для губернатора время остановилось. Любое воспоминание, любой звук или предмет неумолимо возвращают его к одному и тому же событию: взмах белого платка, выстрелы и кровь. Мысль его, словно испуганная птица, бьется о стену этого воспоминания, не в силах вырваться наружу. Он пытается думать о прошлом, об Италии, о пустяках, но всё это мгновенно превращается в один и тот же неумирающий образ.

Сам факт был прост и печален: рабочие с семьями пришли к нему с требованиями, вели себя дерзко, бросали камни. Тогда он разгневался и подал сигнал платком. Убитых оказалось сорок семь, в том числе дети. Подчиняясь мучительному любопытству, он поехал смотреть на трупы в пожарный сарай, где они лежали правильными рядами, словно экспонаты на выставке. Он увидел их ноги, лица, объединенные общим ужасом смерти, и понял, что кончено — что-то огромное безвозвратно ушло.

Глава II

Губернатор ждет в своем кабинете чиновника Козлова, чтобы ехать на дачу. Он пытается думать, но чувствует, как любое слово или жест немедленно превращают его из простого человека Петра Ильича в «его превосходительство». Это раздражает его, мысли разбиваются, и он ходит по комнате тяжелой походкой, пытаясь не вызвать в себе губернаторского. Он вспоминает, что до сих пор не посмотрел на разбитые стекла в зале, и идет туда.

В зале царит унылая казенщина, грязь и запустение. Глядя через мутные стекла на пустынную площадь, губернатор ощущает тоску и безнадежность. Его взгляд падает на ободранный тополь, и внезапно снова в голове вихрем проносятся: платок, выстрелы, кровь. Он снова переживает мгновение, когда перешагнул невидимый порог. У подъезда он замечает подозрительного человека с белокурой шеей, а затем двух агентов, которые следят за ним. Дорога на дачу через Канатную улицу, где живут рабочие, кажется ему пустой и враждебной, наполненной запахом ладана и тягостной думой.

Глава III

В честь отъезда сына Алексея устраивают праздник в саду. Вокруг смех, фейерверки, бенгальские огни. Губернатор разговаривает с полицеймейстером Судаком, который сообщает, что весь город гудит о готовящемся покушении на его жизнь, и уже есть задержанные. Губернатор раздраженно спрашивает, зачем за ним следят агенты, но Судак лишь ссылается на долг службы.

Ночью, оставшись наедине с сыном, губернатор пытается объяснить свои сомнения. Он говорит, что стрелял в «своих», в Иванов и Петров, и чувствует, что его убьют. Сын не понимает отца, считает его слабым фантазером и советует выписать казаков. Петр Ильич отказывается, заявляя, что бегство — это позор. Он верит в старый закон: «кровь за кровь». В темном саду ему чудится, что за каждым деревом его подстерегают убитые — сорок семь человек, слушающих их разговор.

Глава IV

Губернатор ведет размеренную жизнь: встает в семь, обливается водой, гуляет. Он сед, но юношески здоров. Мысли его тяжелы и бесформенны, он не умеет размышлять логически — они бродят в голове, словно коровы без пастуха. После расстрела его настроение неизменно печально и безнадежно. Он часто вспоминает, как пять лет назад порол зензивеевских мужиков, и теперь понимает ужас этого поступка.

В оранжерее он разговаривает с рабочим Егором. Губернатор прямо спрашивает, убьют ли его. Егор отвечает, что «народ желает», и что после убийства будут горько плакать. В словах старика — страшная убедительность. Губернатор дает ему рубль и уходит. Он пытается думать о сыне или о службе, но мысль неизменно прибегает к событию 17 августа. Он всё чаще повторяет: «Позорно!» и чувствует себя негодяем. После завтрака он получает анонимное письмо с двумя словами: «Убийца детей».

Глава V

Сразу после расстрела по городу распространилась уверенность, что губернатора убьют. Говорили все, но никто не знал источника слуха. Мнения разделились: одни оправдывали его, другие требовали казни. Женщины были особенно жестоки и непоколебимы в своем решении — они чувствовали: «нельзя же убивать детей». Споры утихли, уступив место тяжелому, грозовому ожиданию. Казалось, сам древний закон возмездия простер руку над головой убившего.

На Канатной улице было тихо. Агенты не могли найти следов заговора, но все ждали. Рабочие перешептывались, называли даты. В пятницу сошла с ума женщина, Настасья Сазонова, у которой убили дочь. Она разорвала на себе одежду и выбежала на улицу с воем, повторяя, что не может больше жить. Толпа женщин завыла вместе с ней. Успокоили ее только водой и веревками. Двое рабочих, выйдя из толпы, медленно направились в город. Один из них был блондин с загорелой шеей.

Глава VI

В губернаторском доме о предстоящей смерти узнали позже всех и отнеслись к ней с удивительным равнодушием, как к временному отъезду. Жизнь текла своим чередом, чиновник Козлов даже затеял ремонт. Однако сам губернатор словно превратился в пустую форму. Он еще жив для себя, но для всех уже мертв. Мысль о неизбежности смерти расчищала вокруг него пространство для удара.

После первого письма с угрозами их посыпалось множество. Губернатор аккуратно читал каждое, помечая номерами. Были среди них грубые, были предупреждения, но одно письмо потрясло его. Оно было подписано «Рабочий». Автор, самоучка, рассуждал о том, что убийство противоречит идеалам братства. Он называл губернатора честным человеком, но упрекал его за то, что он подчиняется приказам, идущим вразрез с совестью. Губернатор был тронут этим письмом и назвал автора «молодым человеком», чувствуя, что его честь признана.

Глава VII

Письма внезапно прекратились. Наступившее безмолвие было жутким. В необычные часы приехал Судак, который жаловался, что губернатор отказывается от охраны. Был арестован подозрительный мещанин, но ничего не нашли. Судак предложил губернаторше уговорить мужа уехать за границу. Она согласилась и попросила Петра Ильича ехать с ней, сославшись на больные почки.

Губернатор согласился, но, казалось, тут же забыл об этом. Он медлил с бумагами, как будто дело касалось кого-то другого. Внезапно он получил последнее письмо — от «Гимназистки». Она писала, что видела во сне его похороны в белом гробу и что он никому не нужен. Но ей стало жаль его, и она обещала молиться и плакать о нем. Губернатор полюбил эту незнакомую девочку. Ночью он вышел на балкон, откуда дал роковой сигнал, и вглядывался в темноту, думая о ней.

Глава VIII

За две недели до смерти губернатору прислали адскую машину, но она была плохо сделана и не взорвалась. После этого случая с ним произошла перемена: он стал правдивым и искренним. Он перестал быть вежливым, перестал замечать жену и детей, уходил, когда хотел, и не участвовал в светской жизни. Связь с людьми распалась, и он остался смертельно одинок. Теперь он только ждал.

Каждое утро он выходил на прогулку, как призрак в генеральском пальто с красной подкладкой. Он бродил по грязи и лужам, не оглядываясь, ища смерти. Агенты перестали ходить за ним, считая это бессмысленным. За три дня до смерти ночью он проснулся от собственного стона, почувствовал ужас и заплакал, прося кого-то пожалеть его, но потом затих. Смерть пришла на перекрестке: два человека подошли с фальшивым прошением, один вытащил револьвер, и губернатор, вздохнув, выпрямился. Три выстрела слились в один треск. Его убили, убийцы скрылись. Город возбужденно обсуждал случившееся, но за речами чувствовался страх перед грозным образом Закона Мстителя. И только гимназисточка плакала.