Краткое содержание повести «Поединок» по главам (А.И. Куприн)

Краткий пересказ повести «Поединок» поможет читателю освежить в памяти основные события произведения, а так же разобраться в истинной причине разногласия, которое привело к необратимым последствиям. Сюжет книги в сокращении незаменим в составлении качественных аргументов для сочинений на экзаменах.

Содержание:

Первая глава: Знакомство с Ромашовым

Повествование начинается с рассказа о занятиях в шестой роте, которые подходили к концу.  Пока одни венные издевались над молоденькими солдатами и отдавали шутливые приказы, чтобы их запутать, командиры отошли в сторону. Офицеры были в хорошем настроении, шутили и мило беседовали. Бек-Агамалов убеждал Веткина, что ему необходимо научиться владеть шашкой, чтобы моментально наказать обидчика, а не лезть за пистолетом. Тут же каждый из них вспомнил историю о том, как военные рубили насмерть тех, кто посмел сделать им замечание. По их мнению, любого штатского нужно убивать на месте, если он посмел оскорбить военного. Оскорблением считалось любое возражение. Но тут раскрасневшийся офицер Ромашов сказал, что нужно позвать человека на дуэль, а не бить сплеча. Ему возразили, что штатский не выйдет на бой — побоится. Так Ромашова описал автор:

Он был среднего роста, худощав, и хотя довольно силен для своего сложения, но от большой застенчивости неловок.  

В попытке зарубить чучело Ромашов упал и порезался шашкой.

Прервал эту идиллию полковник Шульгович. Мужчина был в плохом расположении духа. Больше всего досталось подпоручику Ромашову за его неумение вести себя в присутствии начальства. Так же Шульгович отчитал солдата-татарина, который даже не понимает по-русски. Ромашов вмешался и попытался защитить своего подопечного, но полковнику это не понравилось, и он назначил подпоручику наказание в качестве домашнего ареста на несколько суток. Его отчитал и непосредственный начальник по фамилии Слива, но его обидевшийся Ромашов пожалел: уж больно несчастной казалась его выхолощенная войной одинокая жизнь.

Вторая глава: Мечты Георгия

Все чаще Ромашов чувствовал себя одиноко в компании офицеров. Он мечтал об иной доле и горячо стыдился своего унижения на плацу. Он хотел поступить в Академию и стать офицером генерального штаба, чтобы потом вернуться в этот полк и показать всем, каким он стал умным и талантливым, какие надежды он подает. Потом на своей одинокой прогулке он замечтался о будущем: как он усмиряет бунт рабочих, как его благодарит начальство, как он становится разведчиков на германском фронте и совершает военные подвиги. Только бы взять себя в руки и поступить в академию! Но пока он был вынужден прозябать с грубыми офицерами. Более того, он сторонился такой компании, но это было априори невозможно: в маленьком городе некуда было пойти, разве что на вокзал, где он в своей грязной шинели и нелепых галошах был смешон.

Так и не дойдя до вокзала, Ромашов меняет маршрут в сторону дома и приходит в свой флигель, погруженный в мечты о карьере.

Третья глава: Реальность Георгия

Зайдя домой, Ромашов первым делом спросил у денщика не приходило ли ему письмо от поручика Николаева, ответ был отрицательным. На предложение почистить сюртук он с колебаниями и сожалениями ответил отрицательно: он пытался заставить себя не ходить к ним, пропустить неделю или две, но каждый раз ходил и обманывал себя, что это в последний раз. Дело в том, что Георгий давно влюблен в жену Николаева Шурочку и каждый день ждал от нее весточки. 

Судьба Ромашова сложилась незавидно: он давно расписал свою жизнь по пунктам, но ни один из них не был воплощен в жизнь. Он купил книги и журналы для подготовки к поступлению в Академию, но не мог заставить себя открыть их. Зато он пил много водки, тосковал и завел длинную и скучную связь с полковой дамой втайне от ее мужа.

Денщик приносит письмо от любовницы Раисы, с которой он иногда встречался. Но он разорвал пошлое и приторно нежное письмо в желтых пятнах от духов и отправился к Николаевым, пообещав себе сделать это в «последний раз». В письме Раиса жаловалась на долгую разлуку и грозила убить себя, если любовник изменит ей.

Четвертая глава: Вечер у Николаевых

В доме Николаевых царило спокойствие. Муж Шурочки готовился к экзамену в академию генерального штаба, ведь два предыдущих он провалил. Александра Петровна занималась рукоделием. Она была очень трудолюбива. Юрий Алексеевич (так звали Ромашова) сел и стал неловко заводить разговор о штабных делах. Шурочка жаловалась и потрунивала над мужем, что он не сдаст экзамен. Он действительно был глуповат, но упорно готовился.

Его жена уповала на этот экзамен, она надеялась, что их жизнь изменится после поступления мужа. Она разразилась «гордыми слезами», когда представила, что проживет жизнь в провинции. Она хотела большого общества и «преклонения». Шурочка отдавала должное глупому, но трудолюбивому мужу, и хотела сама продвинуть его по карьерной лестнице своей хитростью. Она была красива и умна, обладала «гибкостью души», чтобы устроить дела мужа и свои собственные. Про себя Ромашов думал о ней и описывал ее так:

У тебя бледное и смуглое лицо. Страстное лицо. И на нем красные, горящие губы — как они должны целовать! — и глаза, окруженные желтоватой тенью… Когда ты смотришь прямо, то белки твоих глаз чуть-чуть голубые, а в больших зрачках мутная, глубокая синева. Ты не брюнетка, но в тебе есть что-то цыганское. Но зато твои волосы так чисты и тонки и сходятся сзади в узел с таким аккуратным, наивным и деловитым выражением, что хочется тихонько потрогать их пальцами. Ты маленькая, ты легкая, я бы поднял тебя на руки, как ребенка. 

Во время беседы Шурочка упомянула о том, что поединки необходимы русским офицерам, потому что в них нет врожденной дисциплины и чести, как у французов и немцев. В них она видит возможность фильтровать надежных офицеров для полка. Настоящий солдат должен не бояться смерти, значит, и дуэли тоже.

На прощание Шурочка предложила Ромашову бывать у них чаще и отказаться от водки: она его портит. Она же советует ему не общаться с местным пьяницей — Назанским. Она бы расстреливала таких людей, будь ее воля…

Пятая глава: Разговор с Назанским

Выйдя из дома Николаевых, Ромашов услышал упрек от денщика Николаевых (больно часто он бывал у них) и от злости на себя и на Шурочку, которую не мог забыть, отправился к своему старому знакомому Назанскому. 

Там они мило беседуют и выпивают. Назанский повествует о том, что военная служба ему противна, что прелесть жизни для него заключается в размышлениях, которые он может позволить себе только в запое. Пусть люди не понимают его и осуждают, но ему противно служить ради того, чтобы быть сытым и одетым. Для него наслаждение — думать и чувствовать веру, любовь, умиление, восторг, тоску. Все, лишь бы не опошлять жизнь солдатскими шутками и пошлостями.

Он рассуждает о любви и говорит, что любить не взаимно — прекрасно. Это горькое, но в то же время сладкое чувство. Он говорил о том, что готов все отдать, лишь бы любить сильно и страстно. В порыве откровений Назанский показывает письмо от девушки, которую он когда-то любил. Безнадежно и трепетно. И любит до сих. Ромашов узнает почерк Шурочки. Он читает письмо и узнает, что и Шурочка любила его и бросила, потому что он не смог поменять себя ради нее, а быть с ним из жалости к нему она не захотела.

Ромашов случайно назвал имя Шурочки. Назанский догадался о чувствах подпоручика к замужней даме, но поспешил разубедить его о своей связи, но все было и так понятно. Он со страхом смотрел на Ромашова, их разговор стал глубоким и трагическим предзнаменованием. Они разошлись.

Придя домой, Георгий (иногда Юрия называют Георгием) находит письмо от Раисы с явными угрозами. Она тоже узнала о его чувствах к Шурочке и была крайне рассержена. Она намекала на свою месть. Ромашову стало противно от этой пошлой и грязной связи. Ночью во сне он плакал. Ему снилось, что он в детстве оплакивает свое падение во взрослой жизни.

Шестая глава: Рассуждения о жизни

Ромашов проснулся утром и задумался о том, что держит его под арестом? В детстве мать привязывала его ниткой к кровати, чтобы он не убежал, и он сидел, точно под гипнозом. А что теперь заставляет его сидеть дома? Он хочет гулять и заходить туда, куда хочет, но ему опять показали нитку, и он не смеет ее разорвать. А что, если бы все люди перед войной нашли в себе силы на движение и сказали: «Не хочу!». Тогда бы никому не пришлось воевать, и вся их серая рутинная жизнь была бы не нужна.

Почему же люди не говорят? Почему он сам не говорит ни слова? Глядя на солдат, он видел, что и они не хотят, а ведь когда они умрут, закончится и долг, и честь, и родина, за которые они идут на смерть. Только «Я» является залогом всего существующего, и его мы так безжалостно тираним. Но ведь проблема в том, что ни один офицер при этом не уходит со службы, хотя она никому не нравится. Они просто никуда не годны, ничего не знают, ничего не умеют. Вне службы они, как и сам Ромашов, пропадут тотчас. Они бесполезны для общества и обречены на серую солдатскую жизнь под цвет шинели.

Когда Ромашов находился под арестом, Шурочка навестила его и принесла угощения. Он был рад приходу девушки, он целует ей руки, а она же признается, что он ее единственный друг, но ничего большего между ними нет и быть не может.

Седьмая глава: Обед у полковника

Полковник Шульгович вызывает к себе и отчитывает героя за неповиновение и дерзость. Он знает и про пьянство, и про разврат Ромашова. Тут он затронул тему матери, ведь именно к ней офицер отпрашивался в отпуск, хотя ему было не положено.  Услышав о маме, Ромашов с ненавистью взглянул на полковника, еще чуть-чуть, и он бы его ударил! Но тут полковник меняет гнев на милость, говорит о своей любви к офицерам, извиняется и приглашает Ромашова на званый ужин. Там он чувствовал себя униженным грубоватой лаской полковника. За столом в его сторону летели замечания, как и что ему есть. Он хотел уйти, но снова не посмел.

И снова Ромашов идет домой в расстроенных чувствах. Одиночество, тоска овладели им. В то же врем появилось предчувствие любви. Он встретил своего денщика, который на свои деньги по доброте душевной купил ему папиросы. Но Ромашов не посмел нарушить приличия и пожать ему руку как равному. Но зато он пообещал себе раздеваться самому, не привлекая к этому занятию денщика. 

Дома он достает тетрадь, которая была уже третья по счету, о его увлечении писательством никто не знает.

Восьмая глава: Собрание офицеров

Герой прибывает на собрание офицеров, куда съезжаются все «сливки общества» в том числе и Раиса. В ее взгляде подпоручик не видит ничего хорошего. Главной темой вечера стали поединки. Мнения разошлись, кто-то считал, что это глупость, другие думают, что только кровь может смыть пятна обиды. Но большинство уверено: дуэль может помочь обществу, причем непременно дуэль с серьезными последствиями. Без смерти и ранений поединок смешон.

Чтобы избежать объяснения с Раисой, Ромашов поменялся с другим офицером (он был назначен распределителем танцев). Вокруг царила провинциальная нищета, прикрытая налетом светскости и жеманства: все были в одним и тех же платьях, говорили одни и те же фразы.

Девятая глава: Объяснение с Раисой

Ромашов видит всю низменность и грязь Раисы, она же упорно заманивает его на танец. Он решил порвать с ней. Танцуя с Раисой кадриль, герой испытывает отвращение к женщине. Она же в свою очередь начинает оскорблять «лилипутку» Шурочку, вспоминать про ее отца, который «проворовался». Она почти кричала, а Ромашов был бессилен что-либо сделать. Героиня злится, говоря, что она пожертвовала всем ради него. На лице Ромашова видна саркастическая улыбка, он знал, что все в курсе ее многочисленных романов. Он признается ей, что между ними все кончено. Раиса же не перестает угрожать ему. Она винит его в том, что он пользовался ею «как самкой», а сам заглядывался на Шурочку.

В ответ он говорит, что она использовала его, чтобы все вокруг о них говорили. Ей льстило его внимание и то, что все знают о нем. Она нарочно выставляла их связь напоказ, ей нужно было поклонение, оно удовлетворяло ее мелочное тщеславие. Ни она, ни он не любили, просто тешились. Он говорил:

Поймите, мне стыдно, мне гадко думать об этом холодном, бесцельном, об этом неизвиняемом разврате!

Раиса довела комедию до последнего акта: наговорила гадостей и скрылась в уборной. Муж ее все знал, но любил жену и отплачивал ее любовникам подлостями на службе.

Ромашов снова задумался о тщетности жизни, о своем моральном падении и разочаровании. Тяжесть никуда не делась: он по-прежнему тосковал о том, что жизнь проходит зря вдали от любви, музыки, культуры. Но никто его не понял, и он осознал свое одиночество.

Десятая глава: Учения

Ромашов опоздал на учения, но от сурового и безжизненного начальника Сливы получил вялый выговор. Обычно Слива был безжалостным солдафоном, зацикленным на службе, и все привыкли к его придиркам.

Во время утренних учений офицеры обсуждают проблему наказания в армии. Ромашов отстаивает точку зрения, что насилие неприемлемо нигде, даже в армии. На учениях он даже запретил подчиненному бить солдата, который не смог освоить упражнение. Но другие люди говорят, что военные успехи России — прямое следствие телесных наказаний, и никаких «личностей» в армии нет. Есть солдаты, а если их не драть, то будут бабы, а не бойцы. Слива, услышав возражения Ромашова, возразил, что через год он и сам будет бить солдат. Ромашов пригрозил ему рапортом с жалобой на его жестокость.

Ромашову все надоело, он устал, но никто из сослуживцев не поддерживает его.

Одиннадцатая глава: Мысли о службе

Герой потерял смысл в офицерских занятиях, ему это не интересно. Видя все эти солдатские бредни, насилие, пошлость, жестокость, он теряет самообладание.

После службы он идет в кабак, где напивается до беспамятства и жалуется сослуживцу на одиночество и непонимание. Он совсем не умеет пить и раскисает с одной рюмки.

Двенадцатая глава: Приглашение

Георгий скучает по Шурочке, ведь он так давно не видел ее. И, о чудо, ему приносят приглашение от четы Николаевых на именины. Денег на подарок нет, поэтому подпоручик идет брать в долг, чтобы преподнести имениннице что-то красивое. Он останавливается на духах.

Он идет за деньгами к странному офицеру, который все деньги тратил на животных. Он любил бывать у него, так как сам обожал зверей. Полковник Брем, добрый и умный человек, дал ему 10 рублей и рассказал о животных.

Тринадцатая глава: Именины

Подъезжая к их дому, Георгий чувствует тревогу. Он думает, что муж Александры обо всем догадался. В последнее время он был сух и холоден с ним. Ромашов уже хотел проехать мимо, как вдруг сама Шурочка вышла и проводила его в дом. Она была мила и любезна с ним. Все поехали на пикник.

Знакомый Михин уговорил его сесть с его сестрами, чтобы с ними не сел грубый офицер с сальными шутками. Ромашов согласился и пригласил к себе тихого офицера Лещенко, которого никто не хотел брать в коляску.

Четырнадцатая глава: Разговор с Шурочкой

На пикнике все было беспорядочно и суетливо. Шурочка казалась очень оживленной и возбужденной. Она смотрела на Ромашова с каким-то особенным чувством и дольше, чем следовало. Потом она призналась ему шепотом, что счастлива, что только ему одному скажет причину своего счастья.

Тем временем Осадчий пропагандировал «веселое кровопролитье» и говорил, что презирает гуманные войны. Его многие поддержали. Но наш герой не слушал: он думал о своем: Николаев слишком пристально наблюдал за ним и женой. Потом он встал и ушел в лес, но Шурочка неприметно отправилась за ним. Наедине они обнялись.

Девушка признается, что влюблена подпоручика, но перспективу в их отношениях не видит. Она ласкающее называет его Георгием (обычно звала Юрием) и говорит о своих чувствах: он снился ей ночью, а утром она учитель хотела видеть его. Она не любит его, но чувствует, и он приятен ей. Но любить она его не может, потому что он слабый и жалкий. Он ничего не добьется в жизни, и уважать такого мужчину не за что. Он, конечно, клялся, что ради нее добьется всего, но она не верила: Шурочка видела его насквозь. Если бы она надеялась на него, она бы бросила нелюбимого грубого мужа. С Ромашовым, как и с Назанским, ее роднила чуткая душа, она видела в герое свою вторую половинку, но разлука неизбежна: она не может рисковать своими перспективами. Если Ромашов сможет добиться успеха, тогда она уйдет от мужа к нему, но до тех пор супругу не изменит, и не изменяла до сих пор. Еще она призналась, что не хочет детей, поэтому не заводит любовника.

Она просит Ромашова больше не приезжать к ним в дом, ведь ее мужа осаждают анонимными письмами, где рассказывается о романе между его женой и Ромашовым. Пока он не верит сплетням, но он очень ревнив, и не стоит испытывать его терпение. Ромашов пообещал не бывать у них.

Муж отвел Шуру в сторону и долго говорил с ней, но она ответила ему с таким выражением негодования на лице, что он отступил.

Пятнадцатая глава: Неудача Ромашова

На службе солдаты готовятся к майскому смотру, ротные избивают солдат с особой жестокостью. Что-то мертвое было в этих маневрах, как будто куклы выполняли их. Ромашов утомился и похудел за время учений. Была лишь одна рота, в которой не было заметно особого рвения — пятая. Там был полковником богатый развратник, который часто заманивал в прислугу маленьких девочек и оплачивал им не только уборку. Эта рота вышла на смотр позже всех, а полковник даже не принял на свой счет замечания. Все солдаты любили его, потому что он не муштровал их зря. 

Атмосфера парада захватила Ромашова, он преданно и счастливо смотрел на командира. Но высшие чины смотрели равнодушно: им приелись смотры. Генерал же раскритиковал почти все роты: из-за бесконечных тренировок и издевательств офицеров солдаты были замученными и запуганными. Сам генерал являлся сторонником человечного обращения с воинами и высмеял подготовку, заквашенную на насилии.

Ромашов все больше утверждается в том, что служба это жестокое и никчемное дело. Во время смотра рота не смогла выступить хорошо, и выговор получает подпоручик, потому что именно по его вине рота претерпела крах. Замечтавшись о похвалах генерала и своем признании, он смял все движение роты. Впервые герой задумывается о самоубийстве, ведь теперь он опозорен навеки. Ему кажется, что он противен всем и даже самому себе. Он стыдился недавней мечты о похвалах и восторгах генерала, ведь из-за него 2 недели били людей. Ромашова попросили перевестись в другую роту.

По пути домой он увидел, как фельдфебель бьет солдата Хлебникова по лицу. У него не было сил заступиться, но он осознал, как они похожи с этим маленьким тщедушным солдатиком.

Шестнадцатая глава: Объяснение с Николаевым

По дороге к дому Георгия встречает муж Шурочки. Он хочет поговорить по поводу анонимок. Оказывается, анонимки приходят со сплетнями по поводу Ромашова и Александры. Он просит подпоручика сделать все, чтобы пресечь слухи, то есть больше не появляется в их доме. Ромашов сказал, что знает, откуда анонимки. Николаев взорвался и упрекнул его в бездействии. Они разошлись, договорившись больше не встречаться. Ромашов пообещал принять меры.

Он пришел домой, накричал на денщика и пережил свой позор дома один. Потом он пошел в собрание, но там услышал, как его осуждают за смотр, и передумал заходить. Он ходил вокруг дома Шурочки, но та так и не выглянула в окно. Назанского он тоже не посмел окликнуть. Он шел по дороге и представлял, как все будут жалеть и плакать, когда он покончит с собой. Ромашов даже возроптал на Бога (за что он его ненавидит?), но потом забрал свои слова обратно.

По дороге он увидел солдата Хлебникова, он шел, видимо, с той же целью самоубийства. Ромашов остановил его, они разговорились по душам и оба жаловались на то, что все жестоко и бессмысленно, подло и безобразно в этом мире. Они обнялись и зарыдали. Хлебников больше не мог терпеть издевательств и вымогательств ротного, он готов был на крайние меры. Офицер проводил солдата до лагеря, а сам пошел на откос, и там крикнул Богу, что он — старый обманщик. Если он есть, то сам герой сломал бы ногу в прыжке с откоса — так он загадал себе. Но он прыгнул и остался невредимым.

Семнадцатая глава: Озарение Георгия

Ромашов повзрослел после этого вечера: бросил пить, ходить на танцы и общаться с офицерами. Он стал водить дружбу с Хлебниковым и вник в обстоятельства его жизни: нищая семья, пьяница-отец, куча детей. Из дома ему никто ничего не присылал. Землю у них отняли, не с чего было кормиться. В полку все его жалование забирают командиры. Ромашов стал помогать ему, и в полку этого не одобряли.

Теперь герой жил в мире своей мысли и поражался, как многогранен и интересен этот мир.

Ромашов разочаровывается в службе и отчетливо осознает, что после трех лет службы точно уедет отсюда.

Ромашов начинал понемногу понимать, что вся военная служба с ее призрачной доблестью создана жестоким, позорным всечеловеческим недоразумением.

Он представлял себя литератором, ведь из все дел признавал лишь искусство, науку и свободный физический труд. Военное сословие, как и многие другие, он презирал. Однако пока его книги были настолько несовершенными, что не выдерживали сравнения с классиками.

Однажды он бросил Шурочке букет в окно, пока мужа не было дома, но она прислала гневное письмо с просьбой этого не делать.

Восемнадцатая глава: Офицерская пьянка

В роте происходят печальные события: повесился один из солдат. Но вечером того же дня офицеры пили, гуляли и веселились, дабы снять стресс. Они поехали в публичный дом, и Веткин уговорил Ромашова ехать с ними. 

В ходе веселья пьяный офицер достает шашку и начинает ею все рубить. Герою удалось усмирить Бек-Агамалова, а тот уже замахнулся шашкой на женщину из публичного дома, которая пыталась его успокоить. Потом Бек сел с Ромашовым и долго держал его руку в знак признательности: он уберег его от немыслимого на Востоке позора — убийства женщины.

Девятнадцатая глава: Драка 

Офицеры продолжают пить, и между ними снова назревает конфликт. Офицер Осадчий цинично ругнулся, когда речь зашла о Боге. Ромашов его остановил. Началась ссора. Неожиданно рядом с Ромашовым появляется Николаев, он говорит, что, такие как Георгий, позорят полк. Он приплел Назанского, и Ромашов возразил, что у недовольства Николаева есть тайные причины. Бек-Агамалов пытался его оттащить, но не смог. Между мужчинами возникает ссора, потом драка, и Ромашов решает вызвать мужа Шурочки на поединок.

Их разнимают другие офицеры, все расходятся. Ромашов чувствовал себя гадким.

Двадцатая глава: Суд

Ромашова вызывают на суд, а Николаев видит его и шепотом просит лишь об одном — не упоминать имя жены и письма. Герой соглашается.

Офицерский суд выносит решение о конфликте между Ромашовым и Николаевым, и разрешить это может лишь поединок. Дуэль может не состоятся, если кто-то из них подаст рапорт об отставке. Оба пошли искать секундантов: никто из них просто не мог подать рапорта. Ромашов выбрал Бек-Агамалова и Веткина, а затем решил отправить к Назанскому, так как почувствовал небывалое одиночество. «Я ПРИГОВОРЕН» — подумал он. 

Двадцать первая глава: Проповедь Назанского

Расстроенный Ромашов приходит к своему другу Назанскому. Тот совсем спился, его облик отражал крайнюю степень падения. Они поехали кататься на лодке.

Назанский советует ему отказаться от дуэли и бросить службу. Он говорит, что Георгий должен «начать жить», и гораздо смелее не пойти на дуэль, а отказаться от нее. Если Ромашов убьет человека, он будет с ним всегда, чувство вины его никогда не покинет. А если сам погибнет, то впереди его ничего не ждет: нет ничего хуже пустоты. Разве стоит «офицерская честь» человеческой жизни? Конечно же, нет, и они оба знают об этом.

Назанский анализирует состав их полка и приходит к выводу, что самые умные и талантливые люди спиваются, а те, что поглупее, служат, но ненавидят свое дело. Самые лучшие воины — это те, кто обременен семьей. Они убивают и калечат за тарелку щей. Разве так хочет жить Ромашов? Поэтому не надо драться, надо уходить из полка, пока эта мелочная честолюбивая гонка по колено в крови солдат его не затянул в трясину. Он рассказывает и о ситуации, когда денщик искал правды и защиты у господ — не нашел. Его также били и калечили, только еще больше.

Вот так и все они, даже самые лучшие, самые нежные из них, прекрасные отцы и внимательные мужья, — все они на службе делаются низменными, трусливыми, злыми, глупыми зверюшками. Вы спросите: почему? Да именно потому, что никто из них в службу не верит и разумной цели этой службы не видит.  

Даже Брем со своим зверинцем на маневрах бил людей, которые ошибались. Служба убивает и развращает всех. Когда-то придет время, и военных будут стыдиться женщины, настанет время переоценки, и люди поймут, что содержат паразитов. Но пока это время еще не настало.

Назанский также говорит, что не любит и не может любить ближних. Ничто не затаит его поверить, что ради них он должен жертвовать собой. Когда он умрет, все закончится, значит, есть смысл только в том, чтобы самому наслаждаться жизнью, а не жертвовать ею ради сомнительных идей и сомнительного уважения.

И вот, говорю я, любовь к человечеству выгорела и вычадилась из человеческих сердец. На смену ей идет новая, божественная вера, которая пребудет бессмертной до конца мира. Это любовь к себе, к своему прекрасному телу, к своему всесильному уму, к бесконечному богатству своих чувств.

Ромашов принял решение уйти в запас, ведь речи Назанского показались ему убедительными. Однако сам его учитель обессилел и попросил в долг: у него началась трясучка от алкоголизма.

Двадцать вторая глава: Признание Шурочки

Придя домой, Георгий обнаружил у себя дома Шурочку. Она нежно, но страстно упрекает его в том, что он не сдержался и позволил втянуть себя в драку. По городу теперь катятся слухи. Она обняла его, голова мужчины оказалась у нее на груди. В этом положении она поведала о том, как тянула бестолкового мужа наверх, как сама зубрила его науки для академии. Она сравнивала его со своим ребенком и говорила, что не откажется от него, ведь в нем заложено столько ее сил и времени. Но если теперь из-за этой драки он погибнет или не пойдет на экзамен, то все кончено: она бросает его и едет, куда глаза глядят:

Я надругаюсь над собой, но сгорю в один миг и ярко, как фейерверк!

Ромашов уговаривает ее передумать и обещает сделать все, что она хочет. Он хочет отказаться от дуэли, но она заявляет, что этот отказ бросит тень на репутацию мужа. Лучше подраться, и тогда ее Володе все простят, ведь он докажет свою мужественность.

Она просит мужчину принять участие в поединке и заверяет его, что уже договорилась с мужем, и их поединок будет чисто символическим: все промахнутся. Если нет, то она не переживет того, что мужа не возьмут в академию. На прощание Шурочка отдается Ромашову, разыгрывает страсть, но потом деловито целует его холодными губами и покидает его навсегда. Он согласился на все.

Двадцать третья глава: Смерть Ромашова

Дуэль пошла не по правилам, Николаев нарушает ранний договор и делает смертельный выстрел первым. Ромашов умирает, не успевая даже выстрелить в ответ. Вместо главы мы видим сухой рапорт о тех событиях.

Автор: Алиса Старикова

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *