Краткое содержание повести «Крейцерова соната» (Л.Н. Толстой)

Представленный фрагмент — это начало повести Л.Н. Толстого «Крейцерова соната», обрамлённое эпиграфом из Евангелия от Матфея о грехе прелюбодеяния в сердце. Сцена происходит в поезде, где случайные попутчики затевают спор о браке, любви и правах женщины. Это вступление задаёт философский тон всему произведению, поднимая вопросы половой морали и семейных отношений.

Глава 1

Действие происходит ранней весной в вагоне поезда. Среди пассажиров выделяется пожилой купец в ильковой шубе, который сразу после отъезда вступает в разговор о кутежах. В вагоне также находятся адвокат, курящая дама, нервный господин с блестящими глазами (скрывающийся от общения), а также приказчик. Разговор, начатый адвокатом, быстро переходит с частного случая развода на общие рассуждения о том, как образование и «европейские» нравы влияют на супружескую верность.

Дама яростно возражает против «старых» обычаев, утверждая, что брак без любви — это мучение, и женщина не обязана жить с нелюбимым. Купец же настаивает на том, что главное в жене — «страх» перед мужем, установленный законом и традицией. Он высмеивает женские «склонности» и заявляет, что если женщина не любит, то её нужно просто «укоротить», иначе она непременно начнёт изменять и разрушит дом.

Дама пытается парировать тем, что у женщин те же чувства, что и у мужчин, на что купец жёстко отвечает, что «полюбить» мужа женщину можно принудить. В их спор вмешивается приказчик, рассказывающий историю о реальном разводе, где избалованная жена воровала деньги и связалась с евреем. Однако купец перебивает его, утверждая, что во всём виноват сам муж, вовремя не давший жёсткого отпора.

Рассказчик (от первого лица) не выдерживает и вставляет реплику о купеческих кутежах, на что купец отвечает, что это «статья особая», и умолкает. Спор остаётся неоконченным: купец выходит на своей станции, а остальные пассажиры расходятся. Вся сцена показывает столкновение двух мировоззрений: патриархального, требующего повиновения, и более либерального, провозглашающего право на любовь. Позднее именно нервный господин, молча слушавший весь разговор, окажется главным героем, который раскроет трагедию брака на собственном опыте.

Глава II

После ухода купца пассажиры затевают спор о браке. Дама утверждает, что истинный брак освящается только любовью, а адвокат поддерживает её. Внезапно в разговор вмешивается нервный седой господин, который резко отрицает возможность вечной любви, называя её лишь чувственным предпочтением на короткий срок.

Он язвительно высмеивает «духовное сродство» и заявляет, что современные браки — либо обман, либо ад, ведущий к самоубийствам и убийствам. Адвокат пытается смягчить спор, но господин неожиданно представляется как Позднышев — тот самый, кто убил жену. Все ошеломлены, он уходит на своё место, но позже, оставшись с рассказчиком, предлагает чай и обещает поведать свою историю.

Глава III

Позднышев начинает рассказ с признания, что до женитьбы жил, как все в его кругу, — развратно, но считал себя нравственным, поскольку избегал привязанностей и «степенно» удовлетворял похоть. Он гордился тем, что не связывал себя обязательствами, а если женщина влюблялась, он откупался деньгами, чтобы снять с себя нравственную ответственность.

Теперь он видит в этом главную мерзость: истинный разврат — не физический акт, а освобождение себя от человеческих отношений с женщиной. После своего «эпизода» он прозрел и понял, что все прежние взгляды были перевёрнуты с ног на голову. Он готов излить душу, потому что молчать ему невыносимо.

Глава IV

Падение Позднышева началось в шестнадцать лет, когда старший товарищ брата увлёк его в публичный дом. Он уже был развращён мальчишескими разговорами, но последний шаг совершил под влиянием окружения, которое уверяло, что это полезно для здоровья и естественно для молодого человека. После первого раза он испытал тоску и слёзы, осознав, что навсегда погубил в себе чистое отношение к женщине.

Он уподобляет блудника морфинисту или пьянице — это состояние навсегда портит человека. Он стал «блудником», и с тех пор простого, братского взгляда на женщину у него не было и быть не могло. Именно эта испорченность, по его мнению, и погубила его впоследствии.

Глава V

До тридцати лет Позднышев продолжал развратничать, но при этом мечтал о чистой семейной жизни и присматривал «достойную» невесту. Наконец он нашёл девушку — дочь обедневшего помещика, и влюбился в неё после прогулки при луне. В действительности же его решение было продиктовано физической привлекательностью (джерси, локоны) и желанием близости, а не духовным родством.

Он поражается иллюзии, что красота отождествляется с добром: красивая женщина может говорить глупости, а мы видим умное. Он сделал предложение, но перед свадьбой показал невесте свой дневник, где та увидела его распутное прошлое. Она пришла в ужас и хотела бросить его, но не сделала этого — и теперь он считает, что так было бы лучше.

Глава VI

Позднышев обличает лицемерие общества: матери знают о разврате мужчин, но притворяются, что верят в их чистоту, и учат дочерей ловить женихов с помощью нарядов и кокетства. Он доказывает, что светская жизнь и проституция по сути одинаковы: те же оголённые плечи, духи, украшения, танцы и пение — разница лишь в сроке «контракта».

Женщины сознательно используют свою внешность как орудие, потому что знают: мужчине нужно тело, а не высокие разговоры. Он утверждает, что высший свет — это сплошной дом терпимости, где проститутки на короткий срок презираемы, а на долгий — уважаемы.

Глава VII

Его влюблённость была искусственно выпестована условиями праздной жизни: обильная мясная пища, отсутствие труда и закрытый «клапан» половой страсти создали взрывной эффект. В отличие от крестьянина, который работает физически и тратит энергию, он, переев, направлял всё возбуждение на чувственность. Если бы клапан не прикрылся случайно, он бы не влюбился.

Он сравнивает брак с капканом: девушку выставляют на показ, а мужчины ходят и выбирают, думая, что не попадутся. Всё это — ложь и обман, тогда как в простом народе брак устраивают родители прямо и без лицемерия.

Глава VIII

Позднышев развивает мысль о женском властвовании через чувственность: женщины, лишённые равных прав, мстят, используя свою сексуальную привлекательность. Они подчиняют мужчин, заставляя их трудиться на роскошь, и держат в рабстве 0,9 человечества. Он возмущается тем, что разряженные женщины опаснее азартных игр, и призывает запретить вызывающие наряды.

Вся современная экономика, по его мнению, работает на женские прихоти, а мужчины становятся рабами своих влечений. Он предвидит время, когда люди поймут, что допускать такое — преступление против общества.

Глава IX

Период жениховства Позднышев называет «гадостью»: он мнил себя ангелом, хотя был свиньёй. Разговоры наедине были мучительны — говорить было не о чем, а молчать неловко. Вся подготовка к свадьбе (квартира, постели, приданое) казалась ему отвратительной и пошлой, особенно в условиях, где никто не верит в таинство брака.

Он сравнивает это с продажей невинности под видом формальностей. Женитьба в его кругу — сделка, где тело женщины покупается, а нравственность лишь прикрытие.

Глава X

«Медовый месяц» оказался сплошным мучением: гадко, стыдно, скучно. Позднышев уподобляет его привыканию к курению — сначала тошнота, потом лишь иллюзия удовольствия. Он настаивает, что плотская связь неестественна, потому что неразвращённые девушки и дети чувствуют к ней отвращение и боль.

На возражение о продолжении рода он отвечает, что цель человечества — не плодиться, а достичь добра и любви. Половая страсть мешает этой цели, поэтому воздержание и чистота — единственный путь. Если все станут целомудренными, род прекратится, но это не страшно, ибо тогда пророчество соединится с целью.

Глава XI

После свадьбы ссоры начались на третий-четвёртый день. Позднышев не понимал, почему жена плачет и злится, но вскоре увидел в ней холодную враждебность, которая всплывала каждый раз, как утихала чувственность. Он считал эти ссоры случайностью, но они повторялись всё чаще, из-за ничтожных поводов, и он с ужасом понял, что это норма.

Он скрывал от себя и других, что брак не счастье, а тяжесть, и удивлялся, почему у других не так. Лишь теперь он осознал, что все супруги переживают то же самое, но притворяются, и что его собственное положение было предопределено ещё до женитьбы его развратной жизнью и иллюзиями.