Почему недопустимо жестоко относиться к людям, которые в чём-то не похожи на других?

Иногда школьный юмор работает как увеличительное стекло: маленькая особенность человека вдруг превращается в «главную новость класса». Стоит кому-то улыбнуться шире обычного — и вот уже целый хор «шутников» готов выступать без репетиций. Но смех смеху рознь: один объединяет, а другой ранит сильнее обидных слов. Именно о таком «веселье» и заставляет задуматься текст В. К. Железникова. Готовьтесь к экзамену по критериям и теории. Приятного просвещения!

Сочинение 1

Жестоко относиться к людям, которые не похожи на других, недопустимо, потому что это причиняет глубокую душевную боль и разрушает веру человека в себя.

В тексте Железникова одноклассники смеются над Леной из-за её внешности. Уже при первом появлении в классе девочку окружают и начинают передразнивать: «Рот до ушей, хоть завязочки пришей!» Ребята не задумываются, что их «шутки» унижают новенькую. Лена же, не понимая насмешек, искренне считает, что они просто веселятся.

Особенно жестоко звучит прозвище, которое даёт ей Рыжий: «Чучело». В этом слове — полное отрицание личности, попытка превратить человека в предмет для смеха.

Таким образом, жестокость по отношению к непохожим людям лишает их чувства достоинства, а значит, недопустима.

Сочинение 2

Недопустимо жестоко относиться к тем, кто отличается от других, потому что за внешней непохожестью часто скрывается богатый внутренний мир.

Одноклассники видят в Лене только «потешную» девочку и смеются над её неловкостью. Они не замечают её искренности и доброты. Девочка думает, что ребята смеются «над её шуткой, а не над ней самой», и остаётся открытой и доверчивой.

Совсем иначе воспринимает Лену её дед. Он видит в ней «таинственную силу времени», любуется её живым лицом и улыбкой. Для него внучка — не объект насмешек, а удивительная личность.

Значит, жестокость возникает от духовной слепоты, а уважение к непохожим людям помогает увидеть в них настоящую красоту души.

Сочинение 3

Жестокость к людям, отличающимся от большинства, недопустима, потому что она делает бессердечными прежде всего самих обидчиков.

Ребята в классе «хохотали», «выкаблучивались каждый на свой лад», стараясь перещеголять друг друга в насмешках. Им важно не понять Лену, а показать себя перед другими. Такое поведение говорит о внутренней пустоте и желании самоутвердиться за чужой счёт.

Лена же не отвечает злом на зло. Она даже благодарна Рыжему за то, что он «втащил её» в класс. Её доброта особенно ярко подчёркивает грубость окружающих.

Следовательно, жестокость уродует прежде всего душу того, кто смеётся, поэтому относиться так к людям нельзя.

Текст Железникова

В отрывке из повести В. К. Железникова поднимается острая проблема подростковой жестокости и травли тех, кто отличается от большинства. Писатель показывает, как легко коллектив превращает живого человека в объект насмешек, не задумываясь о его чувствах. Лена Бессольцева искренна, доверчива, открыта миру, но именно эта беззащитность делает её мишенью для злых шуток. Автор противопоставляет равнодушной и жестокой толпе образ деда, который видит в девочке внутреннюю красоту и неповторимость. Таким контрастом Железников подчёркивает свою позицию: ценность человека определяется не внешностью и не соответствием «общему стандарту», а его душевными качествами. Жестокость же разрушает и жертву, и самого обидчика, потому что лишает людей способности сочувствовать и понимать друг друга.

(1)Когда я пришла в школу первый раз, то Маргарита, наша классная, позвала в учительскую Рыжего и велела ему отвести меня в класс. (2)Мы шли с Рыжим по коридору, и я всю дорогу хотела с ним подружиться: перехватывала его взгляд и улыбалась ему. (3)А он в ответ давился от хохота.

(4)Конечно, у меня ведь дурацкая улыбка, — до самых ушей. (5)Поэтому и уши я тогда прятала под волосами.

(6)Когда мы подошли к классу, Рыжий не выдержал, сорвался вперёд, влетел в дверь и заорал: «Ребята, у нас такая новенькая!» — и зашёлся хохотом.

(7)Ну, после этого я застыла на месте. (8)Можно сказать, одеревенела. (9)Со мной так часто бывало.

(10)Рыжий вылетел обратно, схватил меня за руку, втащил в класс и снова загоготал. (11)И каждый на его месте сделал бы то же самое.

(12)Может, я на его месте вообще умерла бы от хохота. (13)Никто ведь не виноват, что я такая нескладная. (14)Я и на Рыжего не обиделась и даже была ему благодарна, что он втащил меня.

(15)Все, кто был в классе, окружили меня и с восторгом рассматривали. (16)А я встала, и улыбочка снова растянула мой рот — не могу, когда меня в упор разглядывают.

(17)Валька закричал: «Рот до ушей, хоть завязочки пришей!»

(18)Васильев засунул пальцы в рот, растянул губы, корчил страшные роки и кричал: «Я тоже так могу! (19)У меня тоже рот до ушей, хоть завязочки пришей».

(20)А Лохматый, давясь от смеха, спросил: «Ты чья такая?»

«(21)Бессольцева я… Лена», — и я снова по-дурацки улыбнулась.

(22)Я подумала, что они весёлые и любят пошутить. ‘

(23)Ленка вдруг замолчала, посмотрела на своего деда Николая Николаевича и неожиданно коротко рассмеялась, будто колокольчик звякнул и упал в траву, и снова сжала губы.

(24)Николаю Николаевичу слушать Ленку было легко, потому что переливы её голоса, выражение глаз, которые то затухали, как облитые водой горящие угли, то вновь пламенно и неожиданно вспыхивали, завораживали его.

(25)За всю свою долгую жизнь Николай Николаевич не видел подобного лица. (26)От него веяло таинственной силой времени, как будто оно пришло к нему через века. (27)Он это ощущал остро и постоянно.

(28)«Они с дедом — два сапога пара!» — вставил Рыжий.

(29)А я почему-то подхватила: «Правильно, мы с дедушкой два сапога пара!»

(30)Николай Николаевич совершенно отчётливо представил себе, как Ленка, вероятно от растерянности, выкрикнула эти слова. (31)И как бы радуясь им, она подпрыгнула на месте и завертела головой, как попугайчик, и уголки губ у неё закрутились вверх. (82)Ему нравилась её беспомощная и открытая улыбка.

(33)Внучка продолжала.

(34)Лохматый так и крикнул:«По- те-ха! (35)Ну и потешная ты, Бессольцева Лена!»

(36)А Рыжий, разумеется, подхватил: «Не потешная она. (37)А чучело!»

«(38)Огородное!» — захлебнулся от восторга Валька.

(39)Конечно, они стали хохотать над Ленкой, выкаблучиваясь каждый на свой лад. (40)Кто хватался за живот, кто дрыгал ногами, кто выкрикивал: «Ой, больше не могу!»

(41)А Ленка, открытая душа, решила, что они просто веселились, что они смеялись над её словами, над её шуткой, а не над ней самой.